ПолитФорум ватников России и зарубежья

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » ПолитФорум ватников России и зарубежья » Политика » Военный Альбом


Военный Альбом

Сообщений 91 страница 120 из 452

91

http://s009.radikal.ru/i307/1705/55/9cfab51ec648.jpg

                                                                           http://s018.radikal.ru/i502/1705/cd/4e9212ed666f.jpg

Михаил Девятаев: побег из концлагеря на угнанном бомбардировщике

Бежать из плена – дело трудное. Бежать из фашистского концлагеря было почти невозможно… Тем не менее, нашелся человек, которому это удалось. Михаил Девятаев совершил побег на угнанном бомбардировщике, за что получил звание Героя Советского Союза. Работа мечты Михаил Петрович Девятаев родился 8 июля 1917 года в селе Торбеево Пензенской губернии, в семье крестьян- мокшан, где он был 13-м ребенком. Окончив в 1933 году семилетку, Миша поехал в Казань поступать в авиационный техникум. Но из-за проблем с документами вынужден был поступить в Казанский речной техникум. Параллельно стал заниматься в Казанском аэроклубе. Потом было Оренбургское авиационное училище. Летом 1939 года он получил диплом летчика- истребителя. Плен и побег На фронте Девятаев командовал одним из звеньев 104- го гвардейского истребительного авиационного полка 9-й гвардейской истребительной авиационной дивизии 2-й воздушной армии 1-го Украинского фронта. В ходе воздушных боев сбил 9 вражеских самолетов.2 13 июля 1944 года Девятаев участвовал в воздушном бою. В районе Львова его самолет был подбит и загорелся. Летчик успел выпрыгнуть с парашютом, но во время прыжка ударился о стабилизатор самолета и приземлился в бессознательном состоянии на территории, занятой противником. Так Девятаев попал в плен и очутился в Лодзинском лагере военнопленных. Среди них находились и военные летчики, с которыми Михаил стал планировать побег. 13 августа 1944 года они совершили попытку бежать из лагеря, сделав подкоп. Но были пойманы и отправлены в лагерь Заксенхаузен в статусе «смертников». Тем не менее, Девятаеву повезло: местный парикмахер подменил ему нашивной номер на лагерной робе, и Михаил из «смертника» превратился в «штрафника». Отныне его считали украинским учителем Степаном Никитенко, который на самом деле умер в лагере. Под этим именем он был отправлен в другой лагерь – в Германию, на остров Узедом, где располагался ракетный центр Пенемюнде. Там разрабатывалось новое оружие Третьего Рейха - крылатые ракеты «Фау-1» и баллистические ракеты «Фау-2». 8 февраля 1945 года, убив конвоира, группе из 10 советских военнопленных удалось захватить немецкий бомбардировщик Heinkel He 111 H-22. За штурвал самолета сел Девятаев. Вдогонку за угнанным бомбардировщиком3 бросился немецкий истребитель, пилотом которого был обер- лейтенант Гюнтер Хобом – опытный летчик, награжденный двумя «Железными крестами» и одним «Немецким крестом в золоте». Однако задачу усложняло то, что никому не было известно, каким курсом полетит угнанный самолет. Случайно обнаружил «Хейнкель» возвращающийся с задания полковник Вальтер Даль. Но ему не хватило боеприпасов, чтобы сбить машину. Пролетев более 300 километров, «Хейнкель» достиг линии фронта, но попал под обстрел советских зениток. Пришлось срочно заходить на посадку в районе польской деревни Голлин, где в то время базировалась артиллерийская часть 61-й армии. Девятаев доставил советскому командованию стратегически важную информацию о военном полигоне и засекреченном испытательном центре на Узедоме. Впоследствии эти сведения позволили провести успешную воздушную атаку на Узедом. Девятаева и его товарищей поместили в фильтрационный лагерь НКВД. К счастью, они были признаны благонадежными и смогли вернуться на службу. С сентября 1945 года Девятаев сотрудничал с Главным конструктором баллистических ракет С.П. Королевым, руководившим советской программой по освоению немецкой ракетной техники. Участвовал в создании первой советской ракеты Р- 1 — копии «Фау-2». Награда нашла героя В ноябре 1945 года Девятаев уволился в запас. Долго не мог найти работу из-за того, что побывал в плену. В 1946 году наконец смог устроиться дежурным по вокзалу в Казанском речном порту, а в 1949 году - капитаном катера. Позднее он стал одним из первых испытателей и командиров экипажей отечественных судов на подводных крыльях — «Ракета» и «Метеор». Отношение к бывшим военнопленным изменилось после ХХ съезда КПСС. О подвиге Девятаева стали писать советские газеты. 15 августа 1957 года благодаря ходатайству Сергея Королева ему было присвоено звание Героя Советского Союза. Кроме того, он был награжден орденом Ленина, двумя орденами Красного Знамени, орденами Отечественной войны I и II степеней, медалями. 24 ноября 2002 года Михаил Петрович скончался в Казани, где прожил всю жизнь. Он был похоронен на Арском кладбище, на том участке, где находится мемориальный комплекс воинов Великой Отечественной войны.

0

92

http://s018.radikal.ru/i516/1705/cc/737d8d51a894.jpg

                                                                     http://s019.radikal.ru/i615/1705/10/645d74e81c5b.jpg
Как Иван Кожедуб сбил два истребителя США в небе над Берлином
Во время Второй мировой войны отношения с союзниками не всегда складывались гладко. Случались трагические ошибки, недопонимание, нарушения приказов, а иногда и прямая агрессия в сторону советских войск. История сохранила несколько громких инцидентов, произошедших в воздушном пространстве.

Яркий пример - трагедия, произошедшая в 1944 году в районе югославского города Ниш, когда американские Lightning «по ошибке» влетели в зону расположения советских войск, атаковав технику и людей. Погибли 34 человека, 39 были ранены. Советским летчикам приходилось сражаться не только с немецкими асами, случалось, что в их прицел попадали и американские самолеты.

Борьба за воздушное господство

Воздушные столкновения с американцами - редкие, но показательные - начались ближе к концу 1944 года, когда победа советских войск уже была не за горами. Их старались списать на последствия военной неразберихи, но было очевидно, что США не желают ограничивать свою свободу в небе и делить его с кем-то, даже с армией государства-победителя. Маршал Жуков с негодованием вспоминал, как командующий американских ВВС во время обсуждения порядка полетов над советской зоной заметил, что «американская авиация всюду летала безо всяких ограничений». «Досадные навигационные ошибки» и «отсутствие должной координации» становились подозрительно частыми.

Получили по заслугам

Иван Никитович Кожедуб, трижды лауреат ордена “Золотой Звезды”, легендарный советский ас, во время Великой Отечественной сбивший 64 немецких самолета, включая первый немецкий реактивный истребитель МЕ-262, в апреле 1945 года столкнулся с непредвиденным противником. Это произошло уже под Берлином. Впоследствии летчик рассказывал своему биографу Н. Г. Бодрихину, что, встретив в воздухе «Летающие крепости» союзников, он заградительной очередью отогнал от них пару немецких Messerschmitt, но тут же был атакован американскими истребителями прикрытия.

“Кому огня? Мне?!” - с возмущением вспоминал уже отмеченный всевозможными чинами и наградами герой спустя полвека после происшедшего. «Очередь была длинной, с большой, в километр, дистанции, с яркими, в отличие от наших и немецких трассирующими снарядами. Из-за большого расстояния было видно, как конец очереди загибается вниз. Я перевернулся и, быстро сблизившись, атаковал крайнего американца», - говорил Кожедуб. К этому времени летчик уже понял, чьи самолеты перед ним, сориентировавшись по белым звездам на крыльях и количеству машин в эскорте. Сбив одну машину точным попаданием в фюзеляж, Кожедуб проследил, как она дымит и снижается, падая в сторону расположения советских войск. Тогда он развернулся, сделал полупетлю и атаковал второго. Самолет взорвался в воздухе.

Современники говорили о Кожедубе как о неудержимом, героическом летчике, который никогда не отступал перед врагом и ни разу за всю войну не был сбит. Неудивительно, что он не дал спуску атаковавшим его истребителям союзников, рискуя не только своей военной карьерой, но и жизнью.

У страха глаза велики

Американский летчик, пилотировавший второй сбитый Кожедубом Mustang, с трудом смог посадить свой самолет. Когда к нему подбежали военные и через переводчика задали вопрос, кто его сбил, летчик ответил: «Focke-Wulf с красным носом». Летчик ошибся, спутал немецкий Focke-Wulf с советским Ла-7, и эта ошибка помогла американцам сохранить лицо в неприятной ситуации.

Незадолго до происшествия на советских истребителях стали ставить новую технику, ФКП (фотокинопулемет), фиксировавшую мельчайшие подробности боя. Стояла такая машинка и на истребителе Кожедуба. После проявки пленки внимательно изучало командование и полка, и дивизии, и корпуса. А потом командир полка П. Ф. Чупиков вернул эти пленки Кожедубу с рекомендацией убрать подальше и по возможности забыть об их существовании. Не было также речи о том, чтобы украсить победоносный фюзеляж истребителя еще двумя звездами.

Начало великого противостояния

Всю эту историю, конечно, засекретили, и она стала широко известна только в 2000-е годы. После того как Иван Никитович сбил двух «американцев», командир его дивизии, Савицкий, сказал: «Эти победы - в счет будущей войны». Эти слова оказались пророческими. Вторая половина ХХ столетия была ознаменована сложными американо-советскими отношениями, конфликтом интересов во Вьетнаме и Корее. Советским летчикам приходилось сталкиваться с американцами в воздухе гораздо чаще, чем это признавали публично. Достаточно упомянуть о том, что в 50-е годы Кожедуб командовал 324-й истребительной авиадивизией в Северной Корее. Ему запретили подниматься в боевые вылеты, чтобы не спровоцировать международный скандал, но разве можно удержать на земле боевого летчика.

0

93

http://s41.radikal.ru/i093/1705/03/fde77cde9fb8.jpg

Могла ли Красная Армия завоевать всю Европу в 1945 году? СССР закончил войну в Берлине в мае 1945 года. В ходе Берлинской наступательной операции стратегический центр немецкого сопротивления Берлин был сломлен за 17 дней. Этот факт был занесен в книгу рекордов Гиннеса. Перед советским правительством стоял вопрос: двигаться дальше или нет. Сомнений в победе не было, несмотря на то, что техническая мощь союзных войск превосходила советское вооружение. Закаленные в боях солдаты и офицеры под командованием Георгия Жукова, Константина Рокоссовского, Ивана Конева, Александра Василевского, Родиона Малиновского и другие полководцев научились воевать, разбивая группировки противника на части. В 1945 году проведено 11 крупнейших наступательных операций на Одере и Висле, в Западном Закарпатье, в Восточной Пруссии, Нижней Селезии, в Восточной Померании, на озере Болатон, в Верхней Селезии,  Праге и Будапеште. Они показывали, насколько серьезную силу представляла Красная Армия, готовая выполнять любой приказ своего командования. Главные союзники – Англия и Франция – были обеспокоены стремительным продвижением советских войск. Они стремились первыми занять Берлин вместе с американцами. Это им не удалось. Союзники не обладали опытом проведения крупномасштабных операций. Однако на арене войны соотношение сил и техники складывалось не в пользу Красной Армии. Сколько было солдат у СССР, США и Англии 15 мая 1945 года вышла последняя сводка Совинформбюро. Там сообщалось, что 6 миллионов 750 тысяч солдат и офицеров сражались на 10 фронтах при поддержке более 111 тысяч орудий и минометов. Плюс два миллиона чехословацких, польских, югославских, румынских и болгарских солдат-союзников влились в ряды Красной Армии. Но численный перевес солдат был на стороне союзников. Однако лишь незначительный процент из них реально участвовал в боевых действиях. Численность армии США – 11 миллионов человек. При этом только 41 процент военнослужащих – 3 миллиона 300 тысяч находились  в Европе. Англия имела в годы второй мировой войны 4,5 миллиона солдат, но из них только 1,8 миллиона военнослужащих принимало участие в боях. Франция могла собрать около 560 тысяч солдат. Гипотетически армии союзников могла увеличить численность солдат на фронтах за счет резервов, чтобы противостоять дальнейшему захвату Европейской территории. Самолетов больше у Америки На вооружении у Советов насчитывалось порядка 17 000 единиц самолетов. Американских боевых самолетов было 67 700 тысяч, из них 42 тысячи дислоцировались в ВВС, остальные защищали военно-морской флот. Танков у союзников больше У СССР было более 12 тысяч танков и самоходных установок, у Америки - 12,8 тысяч танков, Англии – 5,4 тысячи танков. Таким образом, в случае возникновения потенциальной угрозы по захвату остальных стран Европы, бывшие союзники могли противопоставить большее количество техники и вооружений. Красная Армия всех сильней Танковые и воздушные армии, стрелковые и кавалерийские корпуса, механизированные и танковые корпуса, артиллерийские и минометные бригады – все это было объединено в 51 советскую армию. Плюс в резерв Главного командования входило 298 артиллерийских бригад. В США насчитывалось 11 армий и 90 дивизий: пехотные, танковые, кавалерийские, горные, воздушно-десантные. У Красной Армии орудий и минометов вдвое больше СССР имело более 111 тысяч орудий и минометов, США - 40 тысяч, Англия – 17 000 единиц. Корабли Америка и Англия имели в общем 1166 кораблей основных классов. Практически все они принимали участие в боевых действиях на западных фронтах, в Тихом океане и Азии. Океанический флот союзников превосходил прибрежный флот Советского Союза. Англо-американские корабли контролировали океанические просторы полностью, имея военно-морские базы. При этом у них уже были самые современные линкоры. В противовес им Советы начинают строить подводные лодки. Это стратегическое направление в развитии ВМФ остается и на послевоенные годы. Авианосцев в СССР не было По состоянию на сентябрь 1945 года в ВМФ США было 32 единицы малых и легких авианосцев, в Великобритании – 12, Франции – 2. В Советском Союзе кораблей такого типа не было. Тяжелые большие крейсеры тоже отсутствовали. Девять малых крейсеров против 48 американских не играли существенной роли. По другим кораблям первенство было за союзниками: Америка имела 405 эсминцев, Англия – 230, а в СССР - всего лишь 48 единицы. Однако 173 советские подводные лодки против 263-х американских все же представляли серьезную угрозу. Атомный вопрос В большей мере сдерживало амбициозные планы Советского правительства появление реактивного и атомного оружия. Союзникам достались готовые немецкие разработки. Они смогли поставить на вооружение в свою армию образцы нового вооружения. «Немыслимый» план войны Видя стремительно продвижение советских войск по Европе, премьер-министр Англии Уинстон Черчилль в срочном порядке приказал своим аналитикам разработать против Советского Союза стратегический план войны. Он получил название «Немыслимое». К концу мая 1945 года военные доложили Черчиллю о том, что такой план готов. Главная цель – совесткое правительство должно подчиниться воле США и Англии. Планировалось привлечь для участия в боевых действиях кроме союзнических войск канадские и польские дивизии. Англичане посчитали, что в общей сложности они смогут собрать под свое крыло 47 дивизий. Они не погнушались включить в свой план и участие бывших своих врагов - 12 немецких дивизий. Эти сведения смогли добыть советские разведчики. Георгий Жуков на основании полученных данных, перегруппировал свои войска так стремительно, что союзники не смогли ничего ему противопоставить. Они отказались от дальнейших попыток планирования военной агрессии против Советов. Со своей стороны и советское правительство понимало, что армия устала от самой тяжелой за всю историю XX века войны и нуждается в передышке. Японская война также внесла свои коррективы в дальнейшие планы по захвату Европы.

+1

94

http://s010.radikal.ru/i312/1705/5c/798b530f184f.jpg

Командир звена 2-го гвардейского авиаполка ВВС Северного флота старший лейтенант Владимир Павлович Покровский (1918 — 1998).

В.П. Покровский участник Великой Отечественной войны с июня 1941 года, сначала в составе 72-го смешанного, с октября 1941 — в составе 78-го истребительного авиаполков Северного флота, а затем — опять 72-го смешанного (затем 2-й гвардейский смешанный) авиаполка. 26 декабря 1942 года при защите союзного конвоя сбил немецкий истребитель, но и сам был сбит. Выбросился на парашюте и был спасен из вод Кольского залива моряками союзников. К маю 1943 года В.П. Покровский совершил 350 боевых вылетов, провел 60 воздушных боёв, лично сбил 13 самолетов и в группе — 6 самолётов противника.

За образцовое выполнение заданий командования на фронте борьбы с немецкими захватчиками и проявленные при этом отвагу и геройство, Указом Президиума Верховного Совета СССР от 24 июля 1943 года гвардии капитану Покровскому Владимиру Павловичу присвоено звание Героя Советского Союза с вручением ордена Ленина и медали «Золотая Звезда».

С лета 1943 года — командир учебной эскадрильи на курсах командиров звеньев ВВС ВМФ.

0

95

0

96

0

97

В Балтийском море нашли затонувшую советскую подлодку

МОСКВА, 31 мая — РИА Новости. Водолазы экспедиции "Поклон кораблям Великой Победы" смогли обнаружить в Балтийском море, предположительно, еще одну легендарную советскую подводную лодку, погибшую в годы Великой Отечественной войны, сообщил РИА Новости руководитель экспедиции Константин Богданов.
http://s019.radikal.ru/i614/1706/a6/6b7a68abcc57.jpg

Советская подводная лодка "Щука"
В мае этого года экспедиция проходила в районе островов Гогланд и Большой Тютерс. Тогда были обнаружены две погибшие подводные лодки времен Великой Отечественной войны Щ-320 и Щ-406.

"При последующем, уже после проведения мемориальной акции, сканировании дна в районе острова Большой Тютерс был обнаружен еще один интересный объект. Последующая расшифровка данных гидролокации и изучение материалов дают основание полагать, что поисковики разведывательно-водолазной команды обнаружили корпус еще одной лодки типа "Щука", — сказал Богданов.

По его словам, это может оказаться любая из четырех не найденных до сих пор лодок этого типа, хотя по общим очертаниям она больше всего напоминает лодку десятой серии. В то же время, согласно историческим данным, единственная оставшаяся ненайденной подводная лодка этой серии могла погибнуть гораздо западнее, в районе острова Эланд или в районе Калбодагрунда.

http://i053.radikal.ru/1706/73/f4ad5182a3a1.png

Подводная лодка типа "Щука"
Богданов напомнил, что участникам предыдущей экспедиции удалось установить, что Щ-320 и Щ-406 подорвались на минах. "По состоянию подводных лодок видно, что и там, и там экипаж после подрыва боролся за жизнь. В одной из лодок полностью открыт люк, во второй, вероятнее всего, оставшийся в живых экипаж пытался спастись на специальном аппарате", — отметил он.

Экспедиции "Поклон кораблям Великой Победы" проводятся с 2005 года на местах гибели советских судов в годы Великой Отечественной войны при поддержке Минобороны и лично депутата Госдумы России генерала армии Николая Ковалева. За это время обнаружено более десяти лодок, в том числе пять именно в районе островов Гогланд и Большой Тютерс.

0

98

Ночные охоты Me-110 на Ил-4… и немецкие аэродромы

Интересный пример использования трофейного немецкого самолета приведен в воспоминаниях Героя Советского Союза Василия Решетникова. Дивизия АДД, где он служил, воевавшая на «Ил-4», в 1942 году несла ощутимые потери от внезапных атак немецких самолетов  «Мессершмитт-110», используемых в качестве ночного истребителя.

У своего порога — бац! — и нету

Чаще всего немцы подстерегали возвращавшиеся с боевых заданий экипажи наших бомбардировщиков у аэродрома:
«В начале июня 1942 года над серпуховским аэродромом был сбит экипаж летчика Цыганкова, вернувшегося домой после всего лишь второго боевого вылета. В первой атаке «Мессершмитт-110» бросился на майора Ломова. Тот увернулся, ринулся к земле и на бреющем ушел на другой аэродром. В ту же минуту немец наткнулся на Цыганкова и в упор сразил его наповал...

Иногда кое-кто, не подозревая того, приводил «гостей» к себе домой на собственном хвосте, сам же становясь жертвой своей оплошности. Так было с Бронниковым. Молодой и толковый летчик, хорошо обстрелянный и уже познавший, казалось, все мудрости ночной войны, одним уроком пренебрег. Он, конечно, видел, но не придал особого значения самолету, идущему за ним по пятам с включенными, как и у него, бортовыми огнями. Идет — ну и пусть идет. Не он один, Бронников, шел с боевого задания — возвращался целый полк. Но вот у границ аэродрома, где в ожидании посадки скапливались самолеты, «ведомый» подтянулся метров до ста, выключил огни и выпалил густой жгут пуль и снарядов. Это был «Мессершмитт-110»! Бронников как споткнулся. Самолет завалился на крыло, опустил нос и — в землю.

Все произошло мгновенно. Тихонов (командир полка – М.К.) моментально угнал нас на другие аэродромы, а возвратясь к полудню, мы шли на посадку через еще дымившую машину.

Поражала простота развязки — не ждал, не думал. У своего порога — бац! — и нету.

Кто-то сказал (не Толстой ли?) с горестной иронией: «Каждый учится на своем опыте». Видно, так и есть. Знал ведь, как «проверять документы»: заметил привязавшегося попутчика — отверни покруче в сторону, и, если тот потянется за тобой — значит, немец. Свой сам дорогу знает и за хвостом не пойдет. Потом думай, как от того немца избавиться — то ли, выключив огни, уйти в темную сторону горизонта, прикрыв крылом в развороте факелы выхлопных газов, а может, нырнуть вниз и резко развернуться ему навстречу. Такой маневр выручал многих. Не раз спасал и меня».

Ну зачем он сбрил бороду?

По свойственной летчикам склонности к суевериям гибель товарищей  иногда пытались объяснить плохими приметами: 
«А вот Попеля в начале июля 42-го года подстерегли за Окой из засады. Там, в густом черном лесу, по ту сторону от нашего аэродрома, иногда по ночам вспыхивали таинственные световые сигналы. Они видны были с воздуха, даже с берега, с полкового командного пункта. А когда по тревоге мчал на те огоньки вооруженный десант или с воздуха неслись к ним пулеметные трассы, они исчезали, но потом появлялись снова. Говорили, будто это немецкие наводчики. Мы не очень верили в наводчиков, потому что их ни разу не удалось накрыть, но то, что над лесом невидимками ходили «мессера-110», знали точно. Капитан Попель, готовясь к посадке, слишком далеко зашел в сторону леса. Там он и был схвачен. Погиб весь экипаж. До сих пор помнится их уже немолодой командир — красивый, коренастый мужик с густой, холеной темно-каштановой бородой. Иногда, затеяв игру в картишки, его сверстники, из старшего поколения летчиков, посмеиваясь и подшучивая, предлагали ему большие ставки под бороду, но он берег ее, лелеял и никогда не подвергал риску публичного усекновения. А к лету, накануне трагедии, взял да и сбрил. Друзья остро переживали его гибель, но не столько задумывались над ее причинами, сколько сокрушенно, видя в том зловещий перст судьбы, не раз повторяли: «Ну зачем он сбрил бороду?».

Так горят только самолеты

Конечно, далеко не всегда атаки «мессеров»-ночников были результативными и безнаказанными. Случалось, что и стрелкам советских бомбардировщиков удавалось выходить победителями из внезапной схватки: «Глянул влево назад — и ахнул: над нами совсем рядом висела черная туша двухмоторного «Мессершмитта-110». Чернов, кажется, опередил его, запустив по черному брюху длиннющую очередь со «шкаса», но и тот успел выпустить со всех своих носовых точек мощный сноп огня, с грохотом впившийся в тело нашей машины. Круто, с резкой потерей высоты, заваливаю разворот влево. Даже обороты прибрал моторам, чтоб сократить радиус разворота. Но уже вижу: приборная доска разнесена в клочья, на центроплане множество дыр. Когда земля оказалась совсем рядом и я дал газ обоим моторам, левый уже полных оборотов не давал, а нагрузка на руле высоты возросла неимоверно — самолет задирался вверх. Но самое страшное было в другом — в передней кабине застонал и умолк Вася Земсков. «Какая скорость? Можем ли мы держаться в воздухе или сейчас рухнем? Может, лучше, пока не упали, сесть вон на ту белую плешину?..»

— Чернов, Неженцев, что на ваших приборах?
— Высота 200, скорость 240.
Ого, жить можно.
— Где истребитель?
— Горит на земле!

Действительно, сзади, за правым бортом, ярким пламенем сверкал костер. У своего порога — бац! — и нету.. Этот «наш». Ловко подцепил его Чернов. Но, я думаю, такую массивную колоду, как «Мессершмитт-110», одной даже очень длинной очередью свалить трудно. Скорей всего, Николай убил пилота».

Но чаще победителем из воздушной дуэли выходил «мессер». Вооружение его только в носовой части  состояло из 2 пушек MG-FF калибра 20 мм и 4 пулеметов MG-17 калибра 7,92 мм.

Стрелки на Ил-4 с 7,62-мм пулеметами ШКАС или  12,7-мм  УБТ такой огневой мощью не обладали.

Наш, советский «мессер»

Убедиться в том, что «Мессершмитт-110» в умелых руках превращается в грозу ночного неба, немцам довелось и на собственном горьком опыте:

«И вдруг у нас на стоянке появился «Мессершмитт-110». Самый настоящий, боевой. Где-то его прихватили, целенького и тепленького, а наш комдив Евгений Федорович Логинов, дознавшись про это, настоял на передаче трофея ему. Инженеры осмотрели немца, довели до ума, обратили в «нашу веру», нарисовав вместо крестов красные звезды, после чего Евгений Федорович немного полетал на нем и отдал Вячеславу Опалеву, летчику из братского полка. Слава быстро «приручил» его и по ночам вместе со своим штурманом Женей Окороковым стал навещать немецкие аэродромы. Там он обычно становился в очередь за идущим на посадку самолетом и, когда тот, включив фары, весь был поглощен предстоящей посадкой, бил его сверху прямо в загривок со всех четырех точек. Горящий немец тут же зарывался носом в землю, а Слава исчезал. Аэродромы из полета в полет он предусмотрительно менял, и ему удалось сбить немало машин. Но немцы насторожились, стали всматриваться в поведение соседних самолетов, требовали переговорных «квитанций», подачи условных сигналов. Слава, чувствуя это, не лез на глаза, шел на другой аэродром, а иногда вместо воздушной атаки прибегал к штурмовке самолетов на земле.

Все шло как нельзя лучше, пока однажды на рассвете, возвращаясь домой с очередного удачного вояжа, он не попал в районе Тулы под обстрел наших зенитчиков. И — надо же! — срезали с первого залпа. Недаром немцы, ни во что не ставя своих зенитчиков, в превосходных степенях и с откровенной завистью отзывались о советских, в отличие от истребителей, котировавшихся у немцев по той же шкале ценностей несколько в иных соотношениях.

Самолет пришлось покинуть. Деревенский народ, сбежавшийся к парашютистам, прыгнувшим с фашистского самолета, на котором в пожаре из-под звезд стали обнажаться кресты, обошелся с ними круто, не желая вслушиваться в отчаянную попытку объясниться, пока Слава Опалев, этот интеллигентнейший и воспитанный человек, не оглушил их отборным русским «клером». Мужики опешили, враз поверили в родство душ и остановились, признали своими. Потом долго извинялись и до вечера, пока за экипажем не прилетели их командиры, исцеляли примочками, кормили и угощали самогоном.

Опалев снова пересел на «Ил-4», но пролетал недолго. В темную, в весенних разливах ночь сорок третьего года, возвращаясь с боевого задания на подбитой машине с горящим мотором, постепенно теряя высоту, он сумел перетянуть линию фронта и, скользя почти над самой землей, приказал экипажу покинуть самолет, намереваясь оставить его последним. Но по курсу возможного падения самолета вдруг прорисовалась деревня, и пока он ее перетягивал, высота для прыжка иссякла: парашют не успел наполниться. Крестьяне там и похоронили его — на берегу речки Белички, у деревни Машкино, Курской области.

Комдив Логинов с идеей применения «свободной охоты» не расставался, развивал ее дальше и вскоре стал формировать новый специальный полк охотников-блокировщиков на американских самолетах А-20-Ж — «Бостонах», как их называли попроще. Легкая двухмоторная машина с мощным артиллерийским неподвижным вооружением (к слову, смонтированным нашими специалистами) в носу фюзеляжа, с хорошим запасом бомб в люках была в самый раз для блокировки аэродромов истребительной авиации, борьбы с зенитными батареями и воздушной охоты».

К сожалению, неизвестно, как в 1942 году исправный немецкий самолет оказался у советских летчиков. Но использовали они его чрезвычайно удачно. Причем такое использование целиком и полностью зависело от смелых и умелых летчика и штурмана, способных быстро освоить чужую машину. Но долго блестящая импровизация продолжаться не могла. И совершенно естественно, что на смену «мессеру»-одиночке пришел полк «Бостонов».

Любопытно было бы узнать – как немцы оценили бы мнение Решетникова относительно профессионализма советских и  немецких зенитчиков и истребителей? Не исключено, что могло бы прозвучать диаметрально противоположное суждение.

Звезды на их крыльях были прекрасно нам видны

Надо отметить, что немцы также использовали трофейные советские самолеты. Вот что  буквально в самом начале войны довелось пережить военному корреспонденту и писателю Константину Симонову:

«Наконец часа через три над лесом низко прошло звено И-15. Мы вскочили, довольные, что наконец-то появились наши самолеты. Но они полили нас хорошей порцией свинца. Несколько человек рядом со мною было ранено — все в ноги. Как лежали в ряд, так их и пересекла пулеметная очередь.

Мы думали, что это случайность, ошибка, но самолеты развернулись и прошли над лесом во второй и в третий раз. Звезды на их крыльях были прекрасно нам видны. Когда они в третий раз прошли над лесом, кому-то из пулемета удалось сбить один самолет. Туда, где горел этот самолет, на опушку, побежало много народа. Бегавшие туда говорили,  что из кабины вытащили труп полу сгоревшего немецкого летчика. Не понимаю, как это получилось. Остается думать, что немцы в первый день где-то захватили несколько самолетов и научили своих летчиков летать на них. Во всяком случае, впечатление у нас осталось удручающее».

Кажется странным, что немцы использовали такое откровенное старье, как И-15. К лету 1941 года даже И-15 бис устарел. Но для создания паники и неразберихи  И-15 вполне подходил. После такой воздушной атаки командирам трудно было удержать красноармейцев от стрельбы по любым воздушным машинам, даже со звездами на крыльях.

И использованный в 1942 году советскими летчиками «Мессершмитт-110»  также мог не раз спровоцировать немецких зенитчиков на «дружественный огонь» по своим самолетам.

Максим Кустов

0

99

Попали в окружение в Словакии. 1944 г.
         "После продолжительных тяжелых боев войска устали, частям требовалось пополнение, Но ситуация внесла изменения в планы командования, В Словакии вспыхнуло народное восстание.
         Многие словацкие части, служившие Германии, перешли на сторону народа. Немцы бросили большие силы на подавление восстания, Положение восставших было критическое и они обратились к Правительству Советского Союза с просьбой о помощи.
         Подать руку помощи по приказу Верховного командования, 1-го Украинского фронта должна была 38-я армия, в состав которой входила и наша 70-я дивизия. Армией командовал генерал Москаленко, армия развернулась фронтом на юг в Карпаты.
           На главном направлении наступал наш 101-й стрелковый корпус. В первом эшелоне шла 70-я дивизия, Надо сказать, что нам выпала очень трудная задача. Дело в том, что мы привыкли воевать на равнинах Украины, здесь же нам предстояло действовать в горно-лесистой местности. Переучиваться пришлось на ходу, в том числе и тылам. Не было горно-ведочного транспорта, въючых кухонь и т.д.

         8 сентября после артподготовки, которая продолжалась два часа, первыми пошли в атаку штрафные батальоны, за ними остальные части. В первый день наступления продвинулись примерно километров на десять. Дальше сопротивление врага усиливалось.
      В полосе нашего полка особенно большой был напор врага. Комбат Багничев в это время появился среди бойцов, скомандовал: "Гвардейцы! Вперед!" и бросился на встречу врагу, за ним спешили его подчиненные воины. Во время атаки Багничев был убит и на польской земле появился еще один скромный холмик, укрывший советского воина.
       Осложняла наше положение не только плохая погода, В гористой местности окапываться было почти невозможно. Камень. Нередко использовали старые окопы первой мировой войны. Особенно трудно было артиллеристам. Они на себе тащили на горы свои орудия.

         11 сентября продолжали наступление. Захватили д. Глойсце (18 км от Красно), завязались бои на окраине с. Ивля, где перерезали шоссе. Но движение наших полков было остановлено упорным сопротивлением противника. Дивизия изменила направление наступления и с боями вышла к деревне Лыса Гура.
       Противник контратаковал. Артиллеристы отстали, не могли нас поддержать, в результате деревню полностью не удалось взять, Через наши позиции в тыл врага прошел 1-й конный корпус.
       Вслед за ним в образовавшуюся брешь в ночь на 13 сентября прошла наша дивизия под обстрелом с обеих сторон. 203-й полк овладел горой Даня (23 км юго-западнее Красно). Продвижение поддерживали артиллеристы, имевшие ограниченный запас снарядов.
         14 сентября весь день противник контратаковал намереваясь ликвидировать брешь, образовавшуюся в его обороне, и отрезать прорвавшиеся в тыл советские войска, что ему и удалось.

          Пользуясь значительным превосходством в живой силе и технике, гитлеровцы постепенно сжимали кольцо окружения вокруг дивизии. Нас противник обстреливал беспрерывно. Бои не затихали ни днем ни ночью. А у нас осталось только несколько мин. Настроение было плохое, иногда появлялась мысль, что наверное здесь мы и погибнем.
        Сижу в окопе и думаю, что если придет развязка, надо будет спрятать партийные документы. Выглянув из окопа, кричу соседу в ближайший окопчик: "Живой?" Отвечает: "Живой!", "Есть табак?". "Есть махорка". По пластунски подполз к нему, покурили. Он говорит, что наверное пришел каюк, но я ему возразил. Посидели, погоревали, и я возвратился к себе в окоп.
        15 сентября из-за отсутствия мин нам пришлось действовать только стрелковым оружием. В этот день было отбито восемь атак пехоты и танков. В отражении атак принимали участие все, в том числе штабисты и тыловики. Было полное напряжение нервной системы, шестые сутки почти не спали, не вспоминали и о еде. К вечеру немцы значительно вклинились в нашу круговую оборону.

         16 сентября свыше 15 танков и бронетранспортеров ворвались на гору Даня, которую оборонял наш 203-й полк. Боеприпасов для борьбы с танками не было. Имевшиеся пушки молчали, танки, их минуя, продолжали двигаться в гору. Как только танки проходили наши боевые порядки, мы из окопов дружным огнем уничтожали следовавшую за танками пехоту.
       Очень активно вела огонь одна из немецких минометных батарей. Она не давала покоя нам окруженным. Командир нашего полка Маслов решил послать в расположение противника смельчаков во главе с офицером.
      По лесным тропам в тумане на рассвете подошли они к цели, автоматчики атаковали батарею. Враг был застигнут врасплох и не мог оказать сопротивления. Бойцы уничтожили личный состав, взорвали тяжелые минoметы и возвратились.
      17 сентября противник двинул против нашей дивизии много танки и многочисленную пехоту. Все это творилось на наших глазах. Трудно было понять, где рвались снаряды нашего основного фронта, откуда делались попытки нас деблокировать и где рвались снаряды, мины врага.
       Разрывы были так близко, что был ощутим запах взрывчатки, а земля от разрывов фонтаном взметалась вверх и летела в окоп. Я прижался к земле на дне окопа и думаю: "Наверное будет конец". Негодование вызывало отсутствие боеприпасов, кончались патроны, сложилось безвыходное положение, но мы надеялись, что к нам прорвутся наши войска.

          В первой половине дня линия обороны все больше сужалась. Дивизия удерживала только две горы. На одной из них северозападная часть была захвачена противником. На соседних высотах стояли вражеские танки и держали нас под непрерывным обстрелом. Уничтожить их нечем. К концу подходило продовольствие.
        Надо сказать, что большую помощь нам оказывали наши штурмовые самолеты "Илы". Здесь я убедился, что они способны громить. От их налета горели танки и бронемашины врага. Самолеты низко по кругу летали и обстреливали врага реактивными снарядами и из пулеметов, сбрасывали бомбы.
        Пока они кружились, у нас была возможность передохнуть от обстрелов врага. Во время бомбежки противник вынужден был приостановить обстрел позиций. Много наших людей погибло, хоронили их тут же, в окопах.
          Погиб старшина роты Баранов Сергей. Он воевал в Сталинграде , а смерть нашел здесь. Прекрасный был человек, старшинскиe обязанности он выполнял добросовестно, проявлял заботу о людях, стремился вовремя накормить, обеспечить обмундированием бойцов, бесперебойно снабжал боеприпасами. На чужбине он обрел вечный покой.

        Учитывая сложившуюся обстановку и безуспешные попытки нас деблокировать, командование дало приказ дивизии прорываться из окружения самим на встречу наступающим частям 101-го стрелкового корпуса.
      Командир дивизии генерал-майор Герой Советского Союза Гусев вечером в сумерках произвел перегруппировку. По оставшейся единственной дороге в лесу на склоне горы сосредоточилась вся дивизия, все передвижения делались без излишнего шума в темноте.
      Вперед пропустили конные упряжки с орудиями Прикрывать отход поручено было нашему батальону, считавшемуся лучшим в дивизии. Вся группировка была в ожидании начала штурма.
      Наш батальон в колонне был последним, а его замыкали минометчики. Командир роты Андреев поручил мне, как парторгу замыкать роту, чтобы не растерять бойцов и следить за организованностью при прорыве. Все волновались, когда двинемся. Если до рассвета будем торчать здесь, нас в считанные минуты враг расстреляет.
      Я не выдержал и пошел в голову колонны, чтобы узнать обстановку. Людей было много. Помню, неожиданно справа, в лесу заблеяла коза. Немцы стали пускать ракеты, освещать местность и открыли пулеметный огонь. Мы все попадали на землю. Свистящие пули летели струей над нами. Стихло.

        В голове колонны увидел я Молодцова - нашего комвзвода. Кто из какого подразделения, трудно было понять, все перемешалось. Вдруг большая группа двинулась первой и увлекла меня, стали растягиваться в цель. Я отбегал вправо, думая, что при обнаружении нас противник откроет огонь в сторону, где наибольшее скопление людей.
      Прорыв происходил западнее деревни Ивля, сначала пошли осторожно, тихо. Затем шаг ускорили, слышу мощное "Ура!". Я тоже кричу. Заметил, откуда стрелял немец в мою сторону. Я шел в шинели, на плечах вещмешок, в левой руке граната, а в правой карабин, на поясе нож. Решил уничтожить фашиста.
      Я устремился к кусту, из-за которого он стрелял, немец опередил меня и бросил в мою сторону гранату. Взрывом сбило с ног. Чувствую, что живой, вскочил и вновь бросился к кусту. Но немца не оказалось, он струсил и сбежал в панике когда увидел что я поднялся и бегу на него. На бруствере его окопа лежала винтовка, стоял котелок с супом, в окопе валялся рюкзак. С досады я ногой пнул котелок и отбросил винтовку в сторону.

         Раскат громового "Ура" продолжался, я тоже кричу и бегу. Светало, выбежал на шоссе, а там нас встречали напуганные наши солдаты какого-то другого соединения, они сначала не поняли кто на них наступает с такими воплями.
       Руки и лицо у меня в крови. Не могу пошевелить челюстью. Каска помята и шинель на мне пробита мелкими осколками. Оказывается граната меня хоть и не убила но много мелких осколков меня поразили.
       В госпиталь не пошел. Обратился в полковую санчасть. На лице, груди, руках за несколько раз извлекли часть осколков, ходил потом на перевязки. Через месяц болячки зажили. Остальые осколки удалили после войны в больницах.
          После прорыва из окружения дивизия была выведена в резерв армии, получила пополнение, приводилась в порядок, занимались боевой подготовкой." - Из воспоминаний сержанта 70-й гвардейской дивизии А.Н. Балыбердина.

http://foto-history.livejournal.com/10860423.html?utm_referrer=https%3A%2F%2Fzen.yandex.com
История в фотографиях

Отредактировано NiJEGOROD (2017-06-04 23:11:40)

0

100

Александр Башкин: герой Великой Отечественной из штрафбата

http://s019.radikal.ru/i603/1706/d0/99d0f071d625.jpg

Любовь к родине, безудержная отвага, а также изрядная доля везения сделали из обычного крестьянского парня Александра Башкина героя. Пять раз он вырывался из немецкого плена и дважды - из лап СМЕРШа. И снова шел на войну. Его, 19-летнего юношу, не хотели брать на фронт. Причина была веская: он работал в отделении Госбанка, а на работников этой государственной структуры распространялась бронь. На этом основании Александр Башкин мог избежать призыва. В семье Башкиных было десять братьев и сестер. Мать и отец трудились, не покладая рук, и каждая копейка в семье была на счету. Мать не хотела отпускать Александра на войну. Позже он вспоминал: «Я в последний раз посмотрел на нее. Посмотрел с небывалой нежностью, знал, что могу не вернуться». И все же, несмотря на это, Александр обратился в комсомольскую ячейку с просьбой отправить его на фронт добровольцем. Первая битва. Смоленское сражение В июле 1941 года на огромной территории - от Идрицы до Новгород-Северского, от Полоцка до Ельни - развернулась широкомасштабная военная операция. Здесь столкнулись войска фашистской группы «Центр» и советского Западного фронта. Бои шли ожесточенные — в самом Смоленске остался неповрежденным всего лишь каждый десятый дом. В эту мясорубку и направили Тульский добровольческий коммунистический полк, в который был зачислен Александр Башкин. Под городом Ярцево полк вступил в сражение с 3-й нацистской танковой дивизией СС Totenkopf. Целый день, с утра 20 июля и до позднего вечера, длилась битва, в результате которой Ярцево был освобожден от фашистских захватчиков. Ночью полк форсировал правый приток Днепра реку Вопь, вышел к аэродрому и поджег склады с горючим и боеприпасами. На следующий день солдаты защищали дорогу Москва - Минск, где уничтожили 18 танков. В этих боях выжили единицы. Был среди них и Александр Башкин. Он получил серьезные ранения и был направлен в госпиталь в Ясной Поляне. После лечения отправился в Тесницкие лагеря Тульского артиллерийского училища. Первый побег Человек, почувствовавший реальный вкус войны, видевший настоящий бой и смерть товарищей, убивавший врага, разве мог он спокойно шагать по плацу и осваивать азы воинского дела, в то время как фашисты чинили зверства и уничтожали его народ?! Да и старшина ему попался привередливый, невзлюбил Башкина. Поэтому Александр решил бежать. Документов у него не было. Совершив побег из военного училища, он оказался дезертиром. Разговор с такими людьми в те годы был коротким — расстрел на месте, без суда и следствия, поскольку в Туле было объявлено военное положение. Самое страшное, по воспоминаниям Александра, было то, что об этом позоре могли узнать его мама, братья и сестры. Башкин отправился на фронт. На станции Темкино Александр попадает в руки контрразведки. Парень без документов, со шрамами, который рвется на войну, — очень подозрительный тип. Его арестовывают как шпиона и начинают выбивать признание. Александр держится стойко и на нем ставят крест - дальше терять время на его «обработку» нет смысла. Но вскоре из училища приходит подтверждение о том, что он действительно тот самый Александр Башкин, который выжил на Смоленщине. За дезертирство юношу отправляют в штрафбат. Путь воина В составе штрафного батальона Александр воюет под Смоленском, но его подразделение окружают, и он попадает в плен. Первый побег был неудачным — его разыскали, избили и отправили в лагерь для военнопленных, располагавшийся в поселке Холм-Жирковский на территории школы. Этот лагерь служил своеобразным перевалочным пунктом, откуда узников отправляли в Германию или в концлагеря. Башкин бежит во второй раз. И на этот раз удачно. Однако, вновь оказавшись без документов, он оказывается у смершевцев. Снова - допросы, избиения. Однако и на этот раз фортуна улыбается Башкину. В апреле 1944 года Александра отправляют воевать. Он не посрамил свою фамилию и прошел длинный путь воина за короткое время. В его послужном списке - битвы за Сталинград, Смоленск и Москву — одни из самых жестоких сражений в истории Великой Отечественной войны. Александр Иванович за пять лет был и пехотинцем, и артиллеристом, и даже танкистом на Западном, Украинском и трех Белорусских фронтах. Звание Героя Советского Союза бывший штрафбатник получил за битву за Наревский плацдарм в Польше. Здесь он уже воевал в качестве командира орудия 436-го противотанкового подразделения и подбил три танка. Когда орудие вышло из строя, он начал отстреливаться вручную, подавая пример другим. Солдаты последовали за ним, и плацдарм был отбит у врага. Предательство матери Самым страшным, что произошло с Александром Башкиным, были не три тяжелых ранения, не пребывание в плену у гитлеровцев и контрразведчиков, а то, что родная мать отказалась от него. Ей рассказали, что Александр предал родину, и она поверила. Ее можно понять — времена были тяжелые, и ей нужно было думать о других своих детях, которые могли пострадать, не соверши она этот поступок. Несмотря на то что Башкин был награжден званием Героя Советского Союза еще в ноябре 1944 года, до 1947-го его постоянно вызывали в НКВД в связи с побегом из артиллерийского училища. С матерью он помирился, но до конца жизни – Башкин умер в 2011 году в возрасте 88 лет - этот эпизод войны был для него самым тяжелым.

0

101

Самое приметное соединение КА - 90я пластунская дивизия. Может и не самое героическое, хотя могла бы и претендовать на это звание. но уж точно, не рядовая махра. Почему? Да просто потому, что у неё - ЕДИНСТВЕННОЙ, была своя парадная форма, в которой кубанские пластуны были на Параде Победы.

http://upload.wikimedia.org/wikipedia/c … ks1945.jpg

http://i80.fastpic.ru/big/2016/0829/4d/ … 2a174d.jpg

http://i78.fastpic.ru/big/2016/0829/ab/ … f238ab.jpg

Собственно, дивизия отличилась и в Северо-Кавказской наступательной операции и прочих боевых действиях ВОВ. Однако, особенно казаки показали себя на Буковине, где в сложных условиях горно-лесистой местности гоняли бандерлогов.

В середине марта 1944 года дивизия была переброшена в район Каменец-Подольска, где вошла в состав 95-го стрелкового корпуса 18-й Армии 1-го Украинского фронта. Но вместо сражений с фашистами казаки были привлечены к деятельности несколько иного рода - борьбе с ОУНовцами и бандеровцами.
По воспоминаниям многих ветеранов войны боеспособность пополнения, которое влилось в состав Красной Армии в 1944 году из оккупированных областей СССР, и особенно с Западной Украины, была низкой. С немцами они худо-бедно воевали, а вот использовать такие части против украинских националистов было просто опасно.
Казаки же совсем другое дело. К бандеровским и ОУНовским идеям они относились «как матросы к Временному правительству» и давили врагов Российского государства «штыком и прикладом».
Поэтому в тылу расположения 18-й Армии активная деятельность националистов была оперативно свернута

0

102

Дуэль «Зверобоя» с «Тигром» и навесная траектория полета снаряда

Шишкин стреляет как Швейк из-за угла                                  http://i066.radikal.ru/1706/1f/03ba94270ffc.jpg

Максим Кустов
Как известно,  самоходку  СУ-152, принятую на вооружение 14 февраля 1943 года, прозвали «Зверобоем» за способность расправляться с «Тиграми» и «Пантерами».

Описание одного из таких боев оставил Николай Шишкин, во  время описываемого эпизода бывший командиром батареи СУ-152. Особую роль в победе советских самоходчиков сыграла гаубица-пушка, установленная на их машине.

«В июне нас перебросили в Белоруссию. Полк наш действовал в составе 3-го Гвардейского Котельниковского корпуса. Моя батарея практически всегда действовала с 19-ой Гвардейской танковой бригадой Григория Походзеева. Командир корпуса генерал Вовченко И.А. и командир бригады полковник Жора Похадзеев были искусные командиры, у которых я многому научился. Это была лучшая бригада корпуса, да и сам командир был орел. Требовательный, немногословный. Приходишь к нему на совещание, чтобы перед боем указания получить. Он спрашивает: «Так, артиллерист, задачу знаешь?» – «Знаю». – «Понял, как надо действовать?» - «Понял». – «Свободен».

Вот тут один бой мне запомнился. Три танка головного дозора, который вышел из леса на поляну и поднялся на пригорок, были уничтожены «Тигром», стоявшим открыто на другой стороне поляны. Обойти эту поляну было невозможно, и командир бригады приказал: «Ты «Зверобой»? Вот и уничтожь этот танк». Моя самоходка выдвинулась вперед, подошла к подножью холма и стала медленно на него взбираться. Я сам по пояс высунулся из люка. В какой-то момент я увидел немецкий танк, стоявший упершись кормой в ствол огромного дерева. «Тигр» выстрелил. Завихрением воздуха, просвистевшей над моей головой болванки, меня едва не вырвало из люка. Пока я думал, что же мне делать, он еще выпустил одну или две болванки, но поскольку над холмом торчал лишь фрагмент рубки, а траектория пушечного снаряда настильная, он не попал. Что делать? Выползешь - погибнешь впустую. И тут я решил воспользоваться возможностями своей 152-мм гаубицы-пушки, имевшей навесную траекторию полета снаряда. Я заметил на этом холме кустик. Смотря через канал ствола, я добился от механика водителя такой позиции самоходки, чтобы кустик был совмещен с кроной дерева, под которым стоял немецкий танк. После этого, используя прицел, опустил орудие на 3 сотых, чтобы снаряд прошел над самой землей. Расчетов миллион, но рассказываю я дольше, чем все это проделал. Сел за наводчика, в прицел вижу кустик. Выстрел! Высовываюсь из люка - башня «Тигра» лежит рядом с ним - точно под обрез попал! Потом в бригадной газете написали: «Шишкин стреляет как Швейк из-за угла».

Сначала кажется просто фантастическим везением, что всего одним выстрелом удалось так решительно расправиться с «Тигром». Но дело было не только в везении. Гаубица-пушка  МЛ-20С, установленная на Су-152 располагала боеприпасами, способными надежно поражать любую неприятельскую бронетехнику, с самой серьезной броней. Историк танкостроения Михаил Барятинский писал:

«Бронебойно-трассирующий снаряд БР-540, вылетая из ствола со скоростью 600 м/с, пробивал на дистанции до 1500 м лобовую броню всех танков вермахта. Попав в башню, он срывал ее с погона. Но даже если броню пробить не удавалось (например,  целью стало штурмовое орудие «Фердинанд»), БР-540 благодаря своей большой массе (48,8 кг, для сравнения: 85-мм бронебойный снаряд имел массу 9,2 кг) гарантированно выводил боевую машину из строя – из-за поломок узлов и механизмов вследствие сотрясения и поражения экипажа за счет многочисленных внутренних отколов брони».

Но оставалось еще попасть в «Тигр» с первого выстрела. Совсем не случайно командир батареи Николай Шишкин сел за наводчика.  Он еще в 1939 году стал наводчиком 76-мм орудия. С этой пушкой он прошел и Финскую войну, и начало Великой Отечественной. В апреле 1943 года Шишкин закончил артиллерийское  училище, получив звание «лейтенант», и был назначен командиром самоходной установки СУ-152. К июню 1944 года командир батареи Шишкин накопил такой боевой опыт, что в решительный момент решил заменить наводчика. Видимо, наводчик таким опытом не обладал. Расчет командира батареи полностью оправдался…

+1

103

http://s011.radikal.ru/i315/1706/5b/9a3d0e9ccedd.jpg

ИС-2
Советские танки: самые грозные для наших врагов
«Танкобоязнь» как военный термин появился после Первой мировой войны. Явление сродни психической болезни трактовалось как следствие доходивших до пехоты панических слухов о всесильности танков. Танкобоязнь лечилась теорией и практикой по уничтожению боевых машин, однако были в Советской армии танки, вызывавшие панику у солдат противника вне зависимости от их подготовки.

Легендарные Т-34 и КВ

Известный немецкий мемуарист Отто Кариус в монографии «Воспоминания немецкого танкиста» так описывает первое впечатление от русского танка: «Ещё одно событие ударило по нам, как тонна кирпичей: впервые появились танки Т-34! Как могло получиться, что там наверху, не знали о существовании этого превосходного танка?»

http://s019.radikal.ru/i609/1706/d7/a58aa08594b1.jpg

В самом деле в 1941 году по техническим характеристикам эти танки были весьма серьезными боевыми машинами. Традиционные 37-миллиметровые и 50-миллиметровые противотанковые орудия, состоявшие на вооружении нацистской пехоты, были беспомощны против Т-34.

Кроме того, отечественные танки были более приспособлены к капризам погоды. Так, фельдмаршал, командующий группы «Центр» Федор фон Бок так оправдывает поражение под Москвой: «Из-за установившихся невероятных холодов — около 30 градусов ниже точки замерзания — каждый маневр превращается в тяжкое испытание для наших утомленных поредевших частей. Наши танки постоянно выходят из строя, между тем русские танки куда лучше приспособлены для действий в зимних условиях».

На начальном этапе войны, когда немецкие войска беспрепятственно захватывали российские земли, любое успешное противостояние воспринималось как шок. Так, острый приступ танкобоязни вызвал у немецких солдат наступление возле Вереи танков Т-34, которые прошли через боевые порядки «пехотной дивизии, достигли артиллерийских позиций и буквально раздавили находившиеся там орудия».

Среди тяжелых танков, участвовавших в Великой Отечественной войне, выделялся «Климент Ворошилов» - тяжелый танк КВ-1. Враги прозвали его «чудовищем». Всего на начало войны КВ было 412 штук, но и один такой танк мог противостоять целой немецкой дивизии.

http://s11.radikal.ru/i183/1706/c1/89f62607d210.jpg

Заняв позицию возле заболоченного луга в районе городка Расейняй (Литва), танк парализовал действия врага на двое суток. Он перекрыл единственную дорогу в тыл и своим огнем уничтожил колонну грузовиков - 12 единиц транспорта с горючим и боеприпасами. Танк пытались поразить различными орудиями - минами, другими легкими танками, с помощью тяжелого 88-миллиметрового зенитного орудия - тщетно. Броня дымилась, но экипаж самоотверженно продолжал сражаться. Только заброшенная через пробоину в башне осколочная граната стала причиной гибели отважных танкистов.

Однако в 1942 г. вышел на поля сражения немецкий танк «Тигр», который поражал КВ на значительных дистанциях. Основной техникой на полях сражений были средние танки. Так, в знаменитой битве при Прохоровке со стороны немецких войск участвовали 42 тяжелых танка "Тигр", 290 средних танков, 76 легких и устаревших танков, а также 104 самоходных штурмовых орудия. Им противостояли свыше 900 боевых машин (28 тяжелых пехотных танков Мk.IV "Черчилль", 563 средних танка Т-34, 318 легких танков Т-70), а также 42 самоходные артиллерийские установки.

В результате крупнейшего противостояния бронетанковых машин стратегическая инициатива окончательно перешла к советским войскам.

«Йосиф Сталин»: наука против техники

В 1943 г. на полигоне под Кубинкой проводился секретный эксперимент: трофейные «Тигр» и «Пантера» расстреливались различными орудиями. В результате была выбрана пушка для нового тяжелого танка ИС-2, он же «Йосиф Сталин».

http://s011.radikal.ru/i315/1706/5b/9a3d0e9ccedd.jpg

Столкнувшись с этой боевой машиной, командование вермахта, не дожидаясь приступов танкобоязни в войсках, издало приказ, запрещающий немецким танкистам вступать в бой с танками ИС-2. «Ни при каких обстоятельствах не стоит ввязываться в бой со "Сталиными", не имея подавляющего численного превосходства. На одного ИС-2 должен приходиться взвод «Тигров», - так считали те, кто был не понаслышке знаком с этим тяжелым танком. Преимущество ИС-2 перед «Тигром» было очевидно: русский танк мог пробить броню немецкой машины с расстояния 2000 метров, в то время как «Тигр» был способен нанести поражение «Сталину» только с 500 метров.

Такие танки положительно зарекомендовали себя за два года эксплуатации, и в начале 1945-го были сформированы несколько тяжелых танковых бригад ИС-2, одна из которых - 7-я гвардейская - отличилась при штурме Берлина.

0

104

Перезахоронение останков защитников Севастополя пройдёт в Бахчисарайском районе
Бахчисарай. Перезахоронение найденных возле села Тенистое в Бахчисарайском районе останков морских пехотинцев, оборонявших Севастополь в Великую Отечественную войну, пройдёт в соседнем селе Айвовое. Об этом рассказали в министерстве внутренней политики, информации и связи Республики Крым, сообщает издание «Крыминформ».

«22 июня 2017 года в 10.00 в Бахчисарайском районе (Тенистовское сельское поселение, село Айвовое, улица Краснофлотская) произойдёт перезахоронение воинов Восьмой бригады морской пехоты Черноморского флота, погибших при обороне Севастополя, останки которых были обнаружены на территории Тенистовского сельского поселения поисковым отрядом «Память Крыма», – сказано в сообщении.

Кроме администрации Тенистовского сельского поселения, в мероприятии примет участие поисковой отряд «Память Крыма», а также представители комитета Государственного совета по труду, социальной защите, здравоохранению и делам ветеранов и организации «Объединенный крымский союз ветеранов Афганистана и других локальных войн – воинов-интернационалистов».

Оборона Севастополя длилась с 30 октября 1941 года по 4 июля 1942 года

0

105

0

106

Рассекреченное письмо генерала Деревянко о начале ВОВ

Министерство обороны впервые опубликовало ранее засекреченные письма военачальников, которые были свидетелями начала Великой Отечественной войны. В 1952-м году Военно-историческое управление Генштаба Советской Армии приняло решение о создании группы под руководством генерал-полковника А.П. Покровского, которая занималась описанием событий военных лет. Однако, по словам Покровского, на этот момент оставались «неясные и документально неполно освещенные вопросы», которые он направил бывшим командующим округами, армиями, командирам корпусов, дивизий, которые исполняли свои обязанности в первые дни войны. Мы публикуем одно из таких писем – ответ на вопросы Покровского Кузьмы Николаевича Деревянко, генерал-лейтенанта, который в 1941 году был заместителем начальника разведывательного отдела штаба Прибалтийского особого военного округа. Из этого текста вы узнаете, что Советский Союз обладал разведданными, которые говорили о подготовке Германии к нападению. Другие письма вы сможете найти на сайте Министерства обороны.

http://s42.radikal.ru/i096/1706/4f/d8210d21f912.jpg

«…Остановлюсь лишь кратко на том, что может относиться к ответам на требующие освещения вопросы и что более прочно сохранилось в памяти.

1. Группировка немецко-фашистских войск накануне войны в Мемельской области, в Восточной Пруссии и в Сувалкской области, особенно в приграничных районах, в последние дни перед войной, была известна штабу округа достаточно полно и в значительной ее части и подробно. Чтобы убедиться в этом, достаточно ознакомиться с последней предвоенной итоговой разведсводкой разведотдела штаба от 19 или 20.6.41 года (точно даты не помню). Эта сводка и другие материалы того периода вероятно хранятся в архиве Северо-западного фронта и в архиве Второго Главного Управления. Данные этой разведсводки полностью подтвердились последующими данными, полученными после начала боевых действий.

Командование и штаб округа располагали достоверными данными об усиленной и непосредственной подготовке фашистской Германии к войне против Советского Союза за 2−3 месяца до начала военных действий.

Помимо информации, получаемой разведотделом из различных источников, начальником разведотдела и мною докладывались командованию округом в марте-апреле 1941 года данные личных наблюдений, полученных в результате нашей работы в этот период в Мемельской области, Восточной Пруссии и в Сувалкской области.

В частности, мною докладывалось о наблюдаемом лично сосредоточении немецко-фашистских войск в приграничных районах, начиная с конца февраля месяца, о проводимых немецкими офицерами рекогносцировках вдоль границы, о подготовке немцами артиллерийских позиций, в частности, в полосе шоссе Тильзит, Таурген, об усилении строительства долговременных оборонительных сооружений в приграничной полосе, а также газо и бомбоубежищ в городах б. Восточной Пруссии, о значительном усилении авиации в районах Кенигсберга, Инстербурга, западнее Сувалки и в других районах.

В результате этих докладов мне не приходилось слышать от бывшего командующего округом генерал-полковника Кузнецова и бывшего начальника штаба округа генерал-лейтенанта Кленова их оценки полученных разведданных. Однако у меня сложилось убежденное мнение в том, что командование округом недооценивало надвигающейся угрозы и ко многим разведданным относилось с некоторым недоверием. В большей степени это проявлялось у Кленова.

2. Вскрытая группировка немецко-фашистских войск накануне военных действий расценивалось разведотделом как наступательная группировка с значительным насыщением танками и моторизованными частями. Вероятными направлениями ожидаемых ударов немцев разведотдел считал направления: Эйдкунен, Каунас и Тауроген, Шауляй.

3. Данные о времени начала военных действий со стороны гитлеровской Германии, добываемые разведотделом, начали поступать в штаб округа по крайней мере в первых числах июня. В последнюю предвоенную неделю эти сведения поступали почти ежедневно, причем за 3−4 дня в них указывалось довольно точно не только о дне, но и о вероятном часе начала боевых действий. Все эти сведения вне очереди докладывались разведотделом начальнику штаба округа и доносились в Разведуправление шифром.

4. В штабе округа существовал следующий порядок в отношении использования разведданных: полученные сведения докладывались начальником разведотдела начальнику штаба, причем более важные данные — немедленно, а другие после обработки; кроме того, о всех сведениях, касающихся передвижений и сосредоточения немецко-фашистских войск, вероятных сроков начала военных действий, дислокации войск и штабов, установления новых частей и соединений немедленно сообщалось шифром в Разведуправление. Разведданные оформлялись в виде разведсводок, которые направлялись в центр и в войска.

5. В первый месяц войны, особенно в первую неделю, разведданные от войск поступали нерегулярно, с запаздыванием, носили общий характер и давали лишь представление о линии фронта, характеристике действий противника, направлениях его главных усилий и отрывочные сведения о нумерации частей и соединений, находившихся в непосредственном соприкосновении с нашими войсками. Что касается глубины боевых порядков и тем более оперативного построения войск противника, то такие данные были весьма скудными. Это объяснялось тем, что, во-первых, не было средств воздушной разведки, во-вторых частое перемещение линии фронта на восток почти исключало письменную и устную информацию от оставляемых в тылу немцев разведчиков и не позволяло создавать достаточное количество радиоточек на оставляемой с тяжелыми боями территории. Заблаговременная же организация их на нашей территории до начала военных действий и в первые недели войны не предусматривалась и не была обеспечена подготовленными людьми и радиосредствами. Значительно затруднялось своевременное получение разведданных от войск неустойчивой связью штаба фронта с войсками, особенно в первые 10−15 дней. Несмотря на тяжелую обстановку, поступление разведданных от войск примерно с конца второй недели значительно улучшилось. Особенно это стало заметно с приходом на должность начальника штаба фронта генерал-лейтенанта (в то время) Ватутина, организовавшего с первых шагов работу штаба и добившегося значительного улучшения связи и управления войсками. До прибытия Ватутина (1 июля), штаб фронта не был в состоянии справляться со своими функциями, так как его отделы были лишь обозначены отдельными офицерами и техническими работниками. Основная часть офицеров штаба выполняла поручения командования фронтом в войсках. Прибыв 29.6 в разведотдел в штаб фронта я застал в нем лишь одного офицера. Командование фронтом в первые дни войны недооценило роли штаба, не принимало мер к его укреплению и использовало его не как орган управления войсками, а как группу офицеров для поручений. Одной из причин этого была неустойчивая техническая связь с войсками.

6. Касаясь характеристики работы разведотдела фронта в первый месяц войны, необходимо заметить, что с конца второй недели военных действий, в связи с коренной перестройкой работы всего штаба, благодаря усилиям Ватутина, она значительно улучшилась. Если в первые 8−10 дней войны разведотдел, как указывалось выше, был обозначен лишь одним-двумя офицерами, которые могли обеспечить выполнение лишь некоторой части функций разведотдела, то позднее отдел был собран и работал как укомплектованный и в основном сколоченный аппарат. Во всяком случае во второй половине первого месяца войны работа отдела значительно улучшилась по сравнению с первыми двумя неделями и велась бесперебойно. Разведотдел в целом с задачами справлялся. Основными недочетами работы отдела в течение первого месяца являлись: отсутствие средств разведки глубины боевых порядков и оперативного построения противника, а, следовательно, несвоевременное вскрытие и недостаточное знание намерений и возможностей противника; отсутствие пленных, которые могли бы быть опрошенными разведотделом фронта; недостаточное количество документальных данных, добываемых войсками, и позволяющих с одинаковой полнотой оценить противника на всех участках фронта; слабая организация разведки в частях и соединениях войск; использование последними разведподразделений не по назначению, вследствие чего эти подразделения были в значительном некомплекте. Все эти недостатки настойчиво преодолевались и по мере того, как усиливались средства разведки, в частности воздушной и радиоразведки, приобретался опыт, изживалась недооценка разведорганов в войсках, результаты работы разведотдела повышались.

В целях улучшения войсковой разведки особое внимание разведотдела и штаба фронта было уделено укомплектованию разведорганов, активизации их боевой деятельности.

Начиная со второй недели войны большое внимание уделялось организации отрядов, направляемых в тыл противника с целью разведки и диверсий, а также организации разведывательных радиофицированных групп в тылу противника и радиофицированных точек на территории, занимаемой нашими войсками, на случай вынужденного их отхода. Эффект этих мероприятий в первый месяц войны был незначительным. Однако в последующие месяцы информация, получаемая от наших групп и отрядов, работающих в тылу противника, все время улучшалась и представляла большую ценность. Наиболее регулярно поступала ценная информация от групп и отрядов, действовавших в районах Порхов, Дно, Дедовичи, Холм, Андреаполь, Пено.

Таковы краткие ответы, которые мне представляется возможным дать на поставленные вопросы.

ГЕНЕРАЛ-ЛЕЙТЕНАНТ ДЕРЕВЯНКО

28 апреля 1953 года»

http://s018.radikal.ru/i502/1706/6e/7830b2bda675.jpg

http://i053.radikal.ru/1706/8f/8fab1757accb.jpg

http://s42.radikal.ru/i096/1706/29/9b2f8825bd51.jpg

http://s019.radikal.ru/i635/1706/3c/a5c24829212a.jpg

http://s018.radikal.ru/i506/1706/c6/3951fb012a2a.jpg

http://s013.radikal.ru/i324/1706/f2/007a2ff57394.jpg

http://s019.radikal.ru/i605/1706/7a/d49267378bb8.jpg

0

107

Советские командиры. Александр Александрович Лучинский

Видный советский военачальник Александр Александрович Лучинский прожил долгую жизнь. И хотя он не дослужился до звания «Маршал Советского Союза», имевшие это звание Жуков, Рокоссовский, Конев, Василевский и другие советские полководцы высоко оценивали его военный талант. Генералу Лучинскому, кавалеру трех орденов Суворова, посвящен наш небольшой сюжет. Проект был подготовлен для программы «Цена победы» радиостанции «Эхо Москвы».

http://s013.radikal.ru/i325/1706/eb/290173df331a.jpg

Эта фотография сделана в Таджикистане. Будущий генерал армии и будущий Герой Советского Союза Александр Лучинский (в центре) среди бойцов сабельного эскадрона в тогдашней Восточной Бухаре.

В Красную Армию Лучинского призвали в 1919 году во время Гражданской войны. Потом он был участником борьбы с басмачами в Средней Азии. В конце 30-х годов Лучинский даже успевает повоевать с Японией на стороне Китая.

Генерал Лучинский — кавалер трех орденов Суворова
Великую Отечественную подполковник Лучинский встречает в должности командующего 83-й горнострелковой дивизией, которая дислоцировалась в Средней Азии. С августа 1941 года дивизия под командованием уже генерал-майора Лучинского вела бои на Закавказском фронте, и с ноября 1942 года — на Северокавказском фронте.

http://s018.radikal.ru/i513/1706/0f/fb48ebfe71eb.jpg

Знаменная группа сводного полка 1-го Украинского фронта перед Парадом Победы (Лучинский — второй слева), 1945 год. Автор фото: Яков Халип

Особенно за годы войны Лучинский отличился в Белорусской и Маньчжурской операциях. В тот момент он уже генерал-полковник и командующий 36-й армией, входящей в состав Забайкальского фронта.

Лучинский особенно отличился в Белорусской и Маньчжурской операциях
Александр Лучинский прожил 90 лет. Родившись в 1900 году, он умер уже в другой России. Ничем особым не отличился: хороший военачальник, но без взлетов и падений, медленно, со ступени на ступень, дошедший до звания генерала армии, что, пожалуй, самое ценное как раз и есть.

0

108

http://s56.radikal.ru/i154/1706/39/449fa6bdd018.jpg

Николай Кузнецов: гениальный разведчик, который погиб от рук бандеровцев

Гениальный разведчик, полиглот, покоритель сердец и большой авантюрист, он лично уничтожил 11 нацистских генералов, но был убит бойцами УПА. Лингвистический талант Мальчик из деревни Зырянка с четырьмя сотнями жителей в совершенстве овладевает немецким языком благодаря высококвалифицированным преподавателям. Позднее Коля Кузнецов нахватается ненормативной лексики при знакомстве с лесником – немцем, бывшим солдатом австрийско-венгерской армии. Самостоятельно изучая эсперанто, он перевел на него любимое «Бородино», а учась в техникуме, перевёл на русский немецкую «Энциклопедию лесной науки», тогда же в совершенстве овладел польским, украинским и коми. Испанцы, служившие в лесах под Ровно в отряде Медведева, вдруг забеспокоились, доложили командиру: «Боец Грачёв понимает, когда мы говорим на родном». А это у Кузнецова открылось понимание незнакомого до того языка. Освоил шесть диалектов немецкого и, встречаясь где-нибудь за столиком с их офицером, моментально определял, откуда тот родом, и переходил на другой диалект. Довоенные годы Проучившись год в Тюменском сельскохозяйственном техникуме, Николай бросил учёбу из-за смерти отца и через год продолжил обучение в Талицком лесном техникуме. Позже работал помощником таксатора по устройству лесов местного назначения, где донес на коллег, занимавшихся приписками. Дважды был исключен из комсомола - по обвинению в «белогвардейско-кулацком происхождении» ещё в годы учебы и за донос на коллег, но уже с осуждением к году исправительных работ. С «Уралмашзавода» был уволен за прогулы. Биография Кузнецова не пестрила фактами, представлявшими его как благонадежного гражданина, но неизменная склонность к авантюризму, его любопытство и сверхактивность стали идеальными качествами для работы разведчиком. Молодого сибиряка с классической внешностью «арийца», который прекрасно владел немецким, заметило местное управление НКВД и в 1939 году направило в столицу на учёбу. Дела сердечные По словам одного из руководителей советской разведки, Николай Иванович был любовником большинства прим московского балета, притом «некоторых из них он в интересах дела делил с немецкими дипломатами». Еще в Кудымкаре Кузнецов женился на местной медсестре Елене Чугаевой, но, уезжая из Пермского края, расстался с женой через три месяца после заключения брака, так и не оформив развод. Любовь со светской львицей Ксаной в 1940-х не сложилась из-за настороженного отношения к немцам, ведь Николай уже был частью легенды и представился даме сердца как Рудольф Шмидт. Несмотря на обилие связей, этот роман остался самым главным в истории героя – уже в партизанском отряде Кузнецов просил Медведева: «Вот адрес, если погибну, обязательно расскажите обо мне правду Ксане». И Медведев, уже Герой Советского Союза, отыскал после войны в центре Москвы эту самую Ксану, выполнил волю Кузнецова. Кузнецов и УПА За последние десять лет в Украине появился целый ряд статей, стремившихся опорочить знаменитого разведчика. Суть предъявляемых ему обвинений одна и та же - боролся он не с немцами, а с украинскими повстанцами-оуновцами, членами УПА и тому подобными. Архивные материалы опровергают эти заявления. Например, уже упомянутое представление к званию Героя Советского Союза с приложенным к нему ходатайством перед Президиумом Верховного Совета СССР, подписанным начальником 4-го Управления НКГБ Павлом Судоплатовым. В обосновании награждения говорится о ликвидации Кузнецовым восьми высокопоставленных немецких военных чиновников, организации нелегальной резидентуры и ни слова о борьбе с какими бы то ни было украинскими самостийниками. Конечно, медведевцам, и в том числе Кузнецову, приходилось вести борьбу с отрядами украинских националистов, но лишь как с союзниками гитлеровского оккупационного режима и его спецслужб. От руки оуновцев и погиб выдающийся разведчик Николай Кузнецов. Гибель Немецкие патрули были осведомлены о розыске гаутмана в районах Западной Украины. В марте 1944 года бойцы УПА ворвались в дом села Боратин, служивший прибежищем Кузнецову и его соратникам – Ивану Белову и Яну Каминскому. Белова поразили штыком на входе. Некоторое время под охраной они ждали командира повстанцев, сотника Черногору. Он и опознал в «немце» исполнителя громких терактов против гитлеровских бонз. И тут Кузнецов взорвал гранату в комнате, заполненной бойцами УПА. Каминский предпринял попытку бежать, но его настигла пуля. Тела погрузили на конную повозку соседа Голубовича Спиридона Громьяка, вывезли за село и, раскопав снег, положили останки возле старого ручья, засыпав хворостом. Посмертная слава Через неделю после трагического столкновения, немцы, вошедшие в село, нашли останки солдата в форме вермахта и перезахоронили их. Местные жители впоследствии показали место перезахоронения сотрудникам львовского УКГБ М. Рубцов и Дзюба. Струтинский добился перезахоронения предполагаемых останков Кузнецова во Львове на Холме Славы 27 июля 1960 года. Память об одном из героев войны, потрясшей весь мир и принесшей освобождение от коричневой фашистской чумы, грязным потоком заливавшей Европу, останется в вехах истории. Прав был Николай Кузнецов, когда однажды, обсуждая у партизанского костра дела народных мстителей, сказал: «Если после войны мы будем рассказывать о том, что и как делали, этому едва ли поверят. Да я бы и сам, пожалуй, не поверил, если б не был участником этих дел». Киногерой Многие считают, что о судьбе Николая Кузнецова рассказывает знаменитая картина «Подвиг разведчика» режиссера Бориса Барнета. На самом деле, идея фильма возникла еще до начала работы героя под именем Рудольфа Шмидта. Сценарий киноленты многократно видоизменяли, некоторые факты действительно были повествованием событий его службы, например, эпизод с похищением Кюна писался с аналогичного похищения Кузнецовым генерала Ильгена. И всё же, большинство сюжетов картины были основаны на собирательном образе героев войны, в фильме нашли отражение факты из биографий других разведчиков. Впоследствии на Свердловской киностудии было поставлено два художественных фильма непосредственно о Николае Кузнецове: "Сильные духом" (в 1967 г.) и "Отряд специального назначения" (в 1987 г.), но такую популярность, как "Подвиг разведчика", они не приобрели.

0

109

Синявинские высоты: как саперная лопатка стала любимым оружием советской пехоты
Максим Кузнецов
В тот день саперные лопатки показали свою страшную эффективность: за 12 минут ими было убито почти 200 фрицев.

Синявинские высоты: как саперная лопатка стала любимым оружием советской пехоты

Война для 106-го инженерно-саперного батальона началась в июле 1941 года, под Лугой. 600 человек, которым выдали два вмазных котла, 11 винтовок на всех и цинку патронов для пулемета, назвали оперативно-заградительным отрядом Ленфронта и послали минировать дороги перед наступавшими немецкими частями.

Синявинские высоты: как саперная лопатка стала любимым оружием советской пехоты

«Впрочем, вооружились мы немногим более чем за сутки. До зубов. За счет отступавших. Ведь когда человек из окружения выходит, у него не только винтовку отобрать, штаны снять можно», — вспоминал после войны командир батальона подполковник Иван Соломахин.

С заданием они справились, а потом остановили немецкие танки у Пулкова, где почти все 600 человек погибли. Но славу части и ее боевые традиции они заложили накрепко.

В августе 1943 года, после кровавой командировки на Невский пятачок, 106-й батальон перебросили на другой участок «бутылочного горлышка» Синявинских высот. Так немцы и русские прозвали шлиссельбургско-синявинский выступ, с 1941 года отрезавший Ленинград от Большой земли. Горлышко было узкое: километров десять шириной, не больше. По его середине тянулась Синявинская гряда, на которой окопались немцы.

http://s019.radikal.ru/i609/1706/d2/d74ce57ddc37.jpg

Десятки тысяч красноармейцев погибли здесь, штурмуя две высотки — 43.3 и 45.0 (на немецких картах участок «Обрыв» — там, где сейчас стоит мемориал «Синявинские высоты»). Если их взять, блокада Ленинграда будет прорвана. На кону стояло спасение миллионов жителей города, поэтому наши атаки через это открытое простреливаемое болото продолжались почти четыре года. Солдаты вновь и вновь поднимались из окопов, бежали к этим высоткам и тысячами умирали перед ними в черной жиже.

Красноармейцы смогли вытеснить измотанных бесконечными атаками немцев с высоты 45,0. Однако высоту 43,3, прозванную в 67-й армии «бараньим лбом», взять никак не удавалось.

Когда Соломахину и его саперам сказали, что после очередной смены дивизии поддерживать пехоту на этом участке придется им, они поняли, что большинству из них вскоре предстоит умереть. Тогда солдаты предложили командиру сделать ставку на внезапность и взять высоту силами одного батальона: тихо подползти ночью как можно ближе к окопам немцев, с рассветом в них ворваться и зачистить в рукопашном бою.

http://s002.radikal.ru/i198/1706/0b/00f6dc5b83ac.jpg

Когда комбат предложил эту идею в штабе 67-й армии, над ним посмеялись: «Тут дивизии месяцами штурмуют — метра взять не могут, а ты одним батальоном хочешь». Но командарм идею поддержал, дав саперам пять дней на подготовку.

Бойцы Соломахина нашли в тылу похожую высотку, выкопали траншеи вроде немецких и отрабатывали свои действия по часам. «Особенно много обсуждали проблему оружия в рукопашном бою. Начальник ремонтной мастерской Яков Шкловский принес мне остро заточенную со всех сторон малую саперную лопатку. Попробовали, сталь отличная, разрубает соломенный манекен лучше, чем сабля, легко пробивает любую каску. Тут же заточили все саперные лопатки», — вспоминал комбат.

11 августа 1943 года, поздно вечером, они обвязали свои каски травой (чтобы не блестели), выложили все лишнее, перелезли через бруствер и поползли через нейтральную полосу.

http://s019.radikal.ru/i620/1706/95/c31a2bc7a4e6.jpg

Естественно, выяснилось, что при подготовке всего не предусмотрели. Ползти пришлось по тому же болоту, по которому много месяцев шли советские атаки. Трупы тут лежали не просто часто, а сплошным ковром, и ползти приходилось прямо по их гниющей массе.

Николай Никулин, раненный тем летом неподалеку, у Погостья, описал геологические слои трупов: «У самой земли лежали убитые в летнем обмундировании, в гимнастерках и ботинках. Над ними рядами громоздились морские пехотинцы в бушлатах и широких черных брюках. Выше — сибиряки в полушубках и валенках, еще выше — политбойцы в ватниках и тряпичных шапках, на них — тела в шинелях и маскхалатах».

Соломахин тревожился, что у кого-то из сотен бойцов не выдержат нервы и он поднимет шум. Но нервы выдержали у всех, и даже раненые случайными осколками солдаты молчали. Перед атакой батальон договорился на нейтральной полосе «землю грызть, но не кричать».

Комбат вспоминал: «К трем часам появились проблески рассвета. А первая цепь находилась еще метрах в восьмидесяти от подножия высоты. Пришлось без промедления давать сигнал к атаке — три зеленые ракеты. Была какая-то, в долю секунды, пауза. Видимо, бойцы сомневались, не ошибка ли, не рано ли... Но раздались голоса ротных: «За Родину! За Ленинград!» И — чавканье болотной грязи, сменившееся топотом сотен ног. Больше патриотических лозунгов не было, только непечатные».

С непечатными лозунгами саперы ворвались в немецкие траншеи, оставив на тех восьмидесяти метрах больше тридцати человек — это начали стрелять немцы.

Комбат Соломахин описал последовавший бой в окопах: «Пошла буквально сеча, резня ножами, рубка лопатами. Фашисты то выскочат из своих лисьих нор, то обратно нырнут. Даже в крайне невыгодной для них ситуации мелкие группы врага оборонялись отчаянно... На старшего сержанта Виктора Феофанова напали два здоровенных гитлеровца и пытались его задушить. Виктор успел одного сбить с ног ударом в живот, второго прикончил подоспевший ефрейтор Александр Мартьянов. Солдат первой роты Топорков был сбит с ног. Навалившийся на него фашист ударил Топоркова ножом — к счастью, нож скользнул по лопатке. Пробегавший мимо парторг роты старший сержант Соловьев прикончил фрица, а Топоркова отправил на перевязку...»

Саперные лопатки показали страшную эффективность: за 12 минут ими было убито около двухсот немцев. Через год, в 1944-м, инженерно-саперные батальоны РККА начнут превращать в инженерно-штурмовые бригады — советский спецназ при штурме германских городов-крепостей. Саперы-штурмовики — единственные в Красной армии — носили металлические нагрудники, за что другие солдаты прозвали их «панцирная пехота». В рукопашном бою они всегда бились саперными лопатками. После войны их богатый опыт был переработан в общевойсковые наставления, которые сделали лопатку любимым оружием ближнего боя всей Советской армии.

Но все это будет потом. А в августе 1943-го на саперах Соломахина металлических нагрудников не было. Атака оказалась полной неожиданностью для немецкого командования. Однако и для советских командиров успех Соломахина стал сюрпризом. Полковой командир 128-й стрелковой дивизии, который должен был поддержать саперов, в план боя изначально не верил и вместо подкрепления отправил к ним разведку. Отступившие немцы быстро пришли в себя и отрезали батальон на взятой им высоте.

Одна за другой пошли немецкие контратаки. «Кончались патроны, гранаты. Бойцы дрались немецкими автоматами, хватали летевшие вниз гранаты-колотушки с длинными рукоятками, швыряли их обратно». В полдень саперы смогли установить связь с командованием. Им как воздух были нужны боеприпасы, но Соломахин услышал от Говорова о награждении: его — орденом Суворова, а всех командиров рот — орденом Красного Знамени. В этот момент в разрушенный блиндаж зашел командир роты Николай Федотов. В правой руке он держал пистолет, а кисть левой была срезана осколком. Состоялся такой диалог:

— Николай, отходи!

— Почему, комбат?

— Ты же ранен!

— Ну и... с ним!

Сообщать ему об ордене Соломахин не стал: это было как-то неуместно. Потом Федотов погиб, потом ранило самого комбата, и он совсем забыл об орденах. Подкрепление пришло только к четырем часам дня, когда в 106-м батальоне на высоте 43,3 осталось 16 человек. Вечером 12 августа сменившая их пехота была выбита с занятых позиций атакой немецкого 561-го штрафного батальона, усиленного огнеметчиками из саперного батальона 11-й пехотной дивизии вермахта.

Раненый комбат возвращался из боя в еще большей ярости, чем в него шел. «Помню, в полку, который нам так и не пришел на смену, мы едва не пострелялись с его командиром. Он, скотина, еще в придачу оказался вдребезги пьяным. Представляете, такая обстановка, а он пьяный! Думаю, что я успел бы выстрелить первым. Хорошо, что начштаба нас разнял».

До войны, то есть за три года до того, как побежать на врага с заточенной саперной лопатой по полю из гнивших трупов, Иван Соломахин был инженером-строителем, сугубо мирным интеллигентным человеком.

0

110

За Малую землю немецкому командиру – трибунал, советскому – звезду Героя посмертно

Абсолютное незнание ситуации лишало немецкое командование твердости
Купинов Максим

В ночь с 3 на 4 февраля 1943 года на клочок Черноморского побережья, получивший позднее название Малая земля, под ураганным огнем противника высадился десант  под командованием майора Цезаря Куникова, после чего началась героическая эпопея Малой земли. Смертельно раненный в ночь на 12 февраля  Куников скончался 14 февраля, а в апреле ему посмертно было присвоено звание Героя Советского Союза…

Современной молодежи словосочетание Малая земля ничего не говорит. А в 70-80-е годы прошедшего столетия не было в Советском Союзе человека, не слышавшего о Малой земле. Повышенное внимание советской пропаганды к этому эпизоду войны объяснить было нетрудно – Генеральный секретарь ЦК КПСС, а в 1943 году полковник Леонид Брежнев был начальником политуправления 18-й армии, части которой вслед за морскими пехотинцами высадились на, и в самом деле, очень небольшой участок побережья – меньше тридцати квадратных километров.

Сверхретивые пропагандисты так старались угодить генсеку, воспевая его подвиги, что в народе в Малой Земле анекдоты принялись рассказывать. («Как подвиг Малой земли в анекдот превращали», ВПК, 04.06.2016).

Между тем блестяще подготовленная и проведенная операция по высадке десанта на будущую Малую землю может служить образцом воинского профессионализма.

У немцев полная неразбериха

Вообще-то главный удар наносился в районе Южной Озерейки, на расстоянии, приблизительно, тридцати километров от будущей Малой земли. Но помешал шторм, задержавший выход судов, позже прибыли на исходные рубежи и сухопутные части. Южноозерейковский десант закончился кровавой неудачей. А вот вспомогательный десант в Новороссийске удался полностью. Позже Брежнев так опишет происшедшее:

«Ночь с 3 на 4 февраля 1943 года была очень темная. Тихо вышли катера с десантниками из Геленджика к Цемесской бухте. Оттуда, из пункта развертывания, они по сигнальным ракетам устремились к берегу. Одновременно по береговой полосе, заранее пристрелянной, ударила наша артиллерия. В грохот взрывов ворвались огненные залпы «катюши» (впервые в практике войны на тральщике «Скумбрия» была смонтирована реактивная установка)». Так началась 225-дневная история боев за Малую землю…

Немецкий историк Пауль Карель в своей книге «Восточный фронт. Выжженная земля» так описал советский десант: «Майор Куников высадился у Станички. При первых лучах восходящего солнца его небольшая флотилия вошла в Цемесскую бухту. Мимо корабельных орудий. Мимо грозных 88-миллиметровых пушек, установленных на голом холме в трехстах метрах над входом в бухту. С немецкой стороны не последовало ни единого выстрела». Почему же немцы не стреляли? Ответственному за это немецкому офицеру пришлось объяснять это трибуналу. «Я хорошо видел корабли. Но тревоги не было, и я не мог знать, свои это или нет», - заявил обвиняемый. Потом, после того как с судов был открыт заградительный огонь, немецкая артиллерия просто осталась без связи. По мнению Кареля, у немцев «все шло не так… Царила полная неразбериха. Никто не знал, что произошло… Бойцы Куникова окопались поодиночке или маленькими группами и так бешено отовсюду стреляли, что у непосвященных складывалось впечатление, будто высадилась целая дивизия. Абсолютное незнание ситуации лишало немецкое командование твердости».

Вообще-то такое описание действий советской стороны не очень характерно для книги Кареля. Чаще в ней говорится о неподготовленных атаках, массовой гибели красноармейцев. Увы, зачастую это соответствовало действительности. На Малой земле все было по-другому – неразбериха происходит у немцев, советские войска демонстрируют высокий профессионализм. Немецкий историк даже написал о том, что первая группа десантников вообще не понесла никаких потерь. Здесь он ошибся – потери были, но для такой операции минимальные.

25 «тренировочных» суток

Чем же можно объяснить успех малоземельского десанта? Традиционным бесстрашием морской пехоты? Но одного этого было мало. При всем мужестве пехотинцев в тельняшках не один советский десант утонул в крови. Дело было в том, что командование Черноморского Флота, готовясь к высадке, наконец-то учло трагические уроки 1941-1942 годов.

Основу отряда составили морские пехотинцы с таким послужным списком, который говорил сам за себя. Здесь были защитники Одессы и Севастополя, участники феодосийского и керченского десантов, боев на Тамани и в Новороссийске. И двадцать пять «тренировочных» суток, данных на подготовку операции, были потрачены не зря.

Петр Межерицкий, автор книги о Цезаре Куникове, позже напишет: «Весь личный состав отряда, включая и самого командира, готовился к высадке по программе, в которую попросту нечего было добавить. Дни и ночи были заполнены напряженными тренировками. Ночью, в самый глухой ее час, можно было услышать грозное матросское «ура» - в тот миг, когда во главе с Куниковым его люди, подойдя на катерах к мелководью, в полной амуниции бросались в студеную январскую воду - по пояс, по шею, иногда с головой. Для учебных высадок Куников выбирал такие места, где берег был круче, а дно усеяно камнями и обломками скал: дескать, на песочке будет легче... Все без исключения участники десанта тренировались в стрельбе по звуку, в скалолазании, в метании гранат из любого положения. Учились быстро окапываться, ходить по гальке с завязанными глазами, не глядя разбирать и собирать любое оружие, в том числе трофейное, метанию ножей. Каждый должен был владеть пулеметами и минометами всех систем, трофейными орудиями. Учились бинтовать, останавливать кровотечение, накладывать шины при переломах. Учились распознавать минные поля, минировать и разминировать местность, по голосу и шепоту узнавать товарищей».

Если бы всегда наших бойцов так готовили в годы Великой Отечественной и после ее окончания…
Подробнее: http://vpk-news.ru/articles/37566?utm_referrer=https://zen.yandex.com

0

111

http://s00.yaplakal.com/pics/pics_preview/0/9/3/9948390.jpg
Это детский сад Севастополя обедает. Каждый день детей обязательно выводили на море. А год - 1944, май месяц.

+1

112

Ленинград спас девятнадцатилетний солдат

http://s009.radikal.ru/i308/1707/37/505c05b7809a.jpg

Неизвестный подвиг
ДАТА 23 сентября 1941 года включена во все учебники истории - в этот день наши войска остановили немцев на Пулковских высотах. Но на самом деле сражение за Ленинград началось на два дня раньше. До сухопутного наступления фашисты бросили свою авиацию на уничтожение Краснознаменного Балтийского флота, базировавшегося в Кронштадте. Без огненного щита дальнобойной флотской артиллерии наш город долго продержаться не смог бы. Планы гитлеровских генералов сорвал старший оператор радиолокационной станции «Редут-3» 19-летний Григорий Гельфенштейн: он «увидел» самолеты противника за много километров от их предполагаемой цели и предупредил командные пункты ПВО о коварном налете врага.
Ребусы врага щелкал как орехи
В восемь утра 21 сентября 1941 года старший оператор РЛС «Редут-3» Григорий Гельфенштейн заступил на очередное дежурство. Несмотря на его юный возраст, должность у Григория была очень ответственной: подобных станций на Ленинградском фронте в то время было всего три. Та, на которой служил Гельфенштейн, располагалась на Ораниенбаумском пятачке, в деревне Большая Ижора, совсем недалеко от Кронштадта. Эта станция охраняла и сам остров, и Ленинград, и корабли Балтийского флота.
Радиолокатор в то время представлял собой громоздкое устройство. Известных каждому по современным кинофильмам круглых индикаторов, на которых ярко высвечиваются точки-самолеты, тогда еще не было. Картина воздушной обстановки на экране дисплея отдаленно напоминала кардиограмму.
По частоте пульсирующих всплесков старший оператор должен был вычислить координаты всех целей в зоне обзора, направление их движения и количество самолетов в группах. Это был очень непростой ребус. Но Григорий Гельфенштейн любил разгадывать замыслы врага - это и спасло Ленинград.
"Они летят бомбить Кронштадт!"
В то сентябрьское утро Григорий смог расшифровать на индикаторе «Редута» страшную картину: по направлению к Ленинграду летели около 230 фашистских бомбардировщиков! Такой мощной воздушной атаки враг еще не предпринимал.
Оператор РЛС Гельфенштейн заметил самолеты, когда они были еще далеко - километров за 200 от Ленинграда. Используя железную дорогу как ориентир, мощные «юнкерсы» двигались группами по направлению от Луги, от железнодорожной станции Дно и от Новгорода к Гатчине и Сиверской. Там они образовали круг и перестроились в три ударные колонны.
Все казалось очевидным: немцы летят бомбить северную столицу! И вдруг пульсирующая «кардиограмма» показала нечто необычное: одна из колонн взяла курс на запад, а не к Ленинграду. А две другие ударные начали движение к Финскому заливу. И Григорий понял: они летят бомбить Кронштадт! Фашисты хотят уничтожить артиллерию Балтийского флота!
Счет пошел на секунды: не сомневаясь в своей догадке, Гельфенштейн приказал помощнику передать шифрованное донесение на командный пункт ПВО Ленинградского фронта, в Кронштадт и на командный пункт противовоздушной обороны Балтийского флота.
"Срочно объявляйте тревогу!"
Услышав, как спокойно оператор в Кронштадте принимает цифры закодированного сообщения, Григорий испугался: а вдруг не поверит? У него были причины для опасений: радиолокационная техника в то время была засекреченной, о ней ничего не знали на флоте. Поэтому и не доверяли полученным с ее помощью данным.
Григорий выхватил у помощника телефонную трубку и безо всяких шифровок сказал кронштадтскому офицеру:
- На вас летят двести пятьдесят - вы слышите? - двести пятьдесят бомбардировщиков! Срочно объявляйте тревогу! Через 12-15 минут они уже будут над Кронштадтом! - Он сознательно несколько преувеличил количество самолетов, голос у него дрожал.
Это подействовало. Уже через несколько секунд в Кронштадте завыли сирены воздушной тревоги. Атака фашистов была отбита, хотя наши моряки все же понесли потери.
22 и 23 сентября налеты повторились. Но уж если в первый раз этот номер у фрицев не прошел, то вторая и третья атаки не удались и подавно!
Трибуц пообещал Звезду Героя
Нарушение инструкций и выход в эфир с открытым текстом могли в прямом смысле стоить старшему оператору Гельфенштейну головы. 23 сентября на РЛС приехал сам командующий Балтийским флотом адмирал Трибуц. И сразу же вызвал к себе Григория Гельфенштейна. Тот шел к начальству на ватных ногах.
- Знаешь, что ты сделал?! - строго спросил оператора адмирал, еще больше напугав его. - Нет, ты еще слишком молодой и сам не понимаешь, что сделал! Ну да поймешь потом. Звезду Героя получишь и поймешь. Это подвиг! Ты спас и Кронштадт, и Ленинград!
После этих слов Трибуц обнял солдата и расцеловал.
В этот же день немецкие танки и пехота атаковали защитников Ленинграда со стороны Пулковских высот. Эта атака была встречена шквальным огнем 470 стволов Краснознаменного Балтийского флота, ничуть не пострадавших от вражеских налетов, и захлебнулась.
Жизнь как награда за подвиг

http://s001.radikal.ru/i193/1707/27/17753083bd62.jpg

Звезду Героя старший оператор «Редута-3» так и не получил. Но Григорий Ильич об этом уже не жалеет. Ему обидно другое:
- Почему все знают о трагедии в Перл-Харборе, которая случилась на три месяца позднее, а о Кронштадтском сражении молчат до сих пор? Японцы наглядно показали, что могло бы случиться с нашим флотом, если бы я вовремя не разгадал замысел противника и своевременно не предупредил об этом командование! По моим подсчетам, японские бомбардировщики неожиданно обрушили на американский флот бомбы общим весом 300 тонн и практически уничтожили его. На корабли Балтфлота за три дня сражения должно было обрушиться не менее 1000 тонн! Но наша зенитная артиллерия заставила немецкие самолеты сбросить свой смертоносный груз в воды Финского залива. Мы победили, и я хочу, чтобы люди об этом знали!
Славная станция «Редут-3» определила всю дальнейшую жизнь старшего оператора: после войны он продолжил заниматься радиолокацией и получил более 20 авторских свидетельств на изобретения в этой области. Сейчас Григорию Ильичу 86 лет.
- Я уверен, - говорит ветеран, - что долгая жизнь дана мне именно за то, что я сделал в те сентябрьские дни для Ленинграда и для России.
Статья напечатана в петербургском семейном еженедельнике "Смена", № 17 (24535) 5-11 мая 2008 года.
Материал предоставил Г. Гельфенштейн.

0

113

Русская смекалка и «хулиганский поступок» на канадском танке
                                                                                                        http://s018.radikal.ru/i519/1707/02/122814b7db7a.jpg

Кошечкин Борис Кузьмич — советский танкист, офицер, участник Великой Отечественной войны. В частях Красной Армии с 1940 года, в отставку вышел в звании полковника. Во время войны командовал танковой ротой в 13-й гвардейской танковой бригаде 4-го гвардейского танкового корпуса в составе 60-й армии 1-го Украинского фронта. В 1944 году был представлен к званию Героя Советского Союза.
Будущий Герой Советского Союза родился 28 декабря 1921 года в селе Бекетовка, расположенном в настоящее время в Вешкаймском районе Ульяновской области в простой крестьянской семье, по национальности русский. Отец его Кошечкин Кузьма Степанович был отважным человеком, принимал участие в Русско-Японской войне, с которой вернулся с двумя Георгиевскими крестами. В царской армии он был прапорщиком, оканчивал Казанскую школу прапорщиков, в Бекетовке он работал учителем физкультуры. Мать — Кошечкина Анисия Дмитриевна была простой колхозницей.
Кошечкин появился на свет в многодетной семье: у него было 6 родных братьев и сестрой. Обычно зимой его родители отправлялись на заработки, а летом занимались сельским хозяйством. Будучи ребенком, Борис очень сильно любил рисовать, но краски и карандаши стоили дорого и доставались ему очень редко. При этом он достаточно хорошо учился в школе и увлекался спортом. Зимой катался на лыжах и коньках, летом любил играть в лапту и городки. Также он любил лес, начиная с 5 лет, его брали с собой, когда водили коней в ночное. Достаточно много помогал родителям по хозяйству, однако в те годы у крестьян забирали почти весь урожай, поэтому большая семья жила достаточно бедно, иногда впроголодь.
Русская смекалка и «хулиганский поступок» на канадском танке
Окончив семилетку, в 1935 году Борис Кошечкин для продолжения обучения поступил в Ульяновский индустриально-педагогический техникум. После техникума он окончил курсы по подготовке учителей при Ульяновском педагогическом институте. В 1938-39 годах он трудился учителем в Ново-Погореловской неполной средней школе. После окончания учебного года Кошечкин завербовался на работу на Дальний Восток страны, где в 1939-40 годах был рабочим на заводе «Энергомаш».
Здесь он успешно окончил Хабаровский аэроклуб, после чего получил направление в Ульяновское летное училище, однако пока он добрался до него с Дальнего Востока, набор уже был закончен. В результате по направлению местного военкома он был принят в Казанское пехотное училище, в котором он успешно учился, занимался спортом, сумел стать мастером спорта по гимнастике. Через некоторое время данное училище было преобразовано в танковое. Здесь он осваивал легкие танки Т-26 и БТ-5. По его воспоминаниям, как особо секретный был в училище и танк Т-34, который стоял в гараже и был накрыт брезентом, около него всегда стоял часовой.
Казанское танковое училище Борис Кошечкин закончил в мае 1942 году, получил звание младшего лейтенанта и попал под Ржев. По его воспоминаниям, там был настоящий ад, вода в Волге была красной от крови погибших людей. Там его Т-26 сгорел, снаряд попал в двигатель, но экипажу машины повезло, все остались живы. В 1943 году он принимал участие в Курской битве и в освобождении Украины от немецко-фашистских захватчиков в составе 13-й гвардейской ордена Ленина танковой бригады 4-го гвардейского Кантемировского танкового корпуса, который командовал легендарный Фёдор Павлович Полубояров. В боях в 1943 году был ранен в обе руки, лежал в госпитале в Тамбове. Во время Курской битвы с ним произошла удивительная история, которая затем была записана с его слов Артемом Драбкиным и опубликована в его книге «Я дрался на Т-34, третья книга».
Как Борис Кошечкин угнал из-под носа фашистов штабной автомобиль
По воспоминаниям Бориса Кошечкина, к ним в часть перед Курской битвой прибыли канадские пехотные танки «Валентайн VII». По его словам, это был достаточно хороший приземистый танк, который напоминал немецкий PzKpfw III. Принимая во внимание сходство двух машин, в голову Кошечкина, который на тот момент уже командовал танковым взводом, пришел дерзкий план. Он надел на себя немецкий комбинезон, нарисовал на своем танке немецкие кресты и поехал в тыл к противнику.

На руку Борису Кошечкину играло то, что он достаточно хорошо разговаривал по-немецки, все-таки вырос среди немцев Поволжья. К тому же его учительница по немецкому языку в школе была настоящей немкой. Да и сам Кошечкин был русым и внешне смахивал на немца. На своем «троянском коне» Кошечкин пересек линию фронта и оказался в немецком тылу. Как бы нечаянно, его танк раздавил два стоящих орудия. Перебросившись с расчетами несколькими фразами на немецком языке, советские танкисты подъехали к большой штабной машине, которую начали цеплять к своему танку. Сам Кошечкин в это время сидел на башне танка, обняв пушку ногами, и уплетал бутерброд.
Немцы опомнились только когда танк, с прицепленной к нему тяжелой штабной машиной, направился в сторону линии фронта. Заподозрив неладное, они выстрелили в удаляющийся танк из 88-мм орудия. Снаряд насквозь пробил башню танка, если бы Кошечкин сидел внутри боевой машины он бы погиб, а так его лишь сильно оглушило, из носа и ушей пошла кровь. Механик-водитель Павел Терентьев получил легкое осколочное ранение в плечо. На поврежденном танке, но с немецкой штабной машиной они вернулись в свое расположение. Как отмечал в своих воспоминаниях в книге Драбкина сам Борис Кошечкин, за это он получил орден Красной Звезды, при этом, называя свой поступок хулиганским. По другим данным, за свой поступок Кошечкин никакой награды не получил. За документы, изъятые из штабной машины, был награжден начальник разведки бригады майор Шевчук, который получил орден Красного Знамени. То что Кошечкин не награждался в 1943 году орденом Красная Звезда подтверждается наградным листом от 20.02.1944, согласно которому он и получает свой первый орден Красной Звезды, в наградном листе указано, что ранее боевых наград Борис Кузьмич Кошечкин не имел.
Этот свой первый орден отважный ветеран получил за то, что внезапным ударом 31.01.1944 года его рота ворвалась в деревню Большая Медведевка, овладев которой уничтожила в бою один танк противника, 4 броневика и до 50 гитлеровцев. При этом был уничтожен немецкий штабной автобус и захвачено II (именно так указано в документе, скорее всего, речь идет о двух пушках) исправных пушки противника. Скорее всего, именно этот эпизод и описал красочно в своей книге «Я дрался на Т-34, третья книга» Артем Драбкин. По крайней мере, имеются и захваченный орудия, и уничтоженный штабной автобус, и награждение орденом Красной Звезды.

http://s018.radikal.ru/i500/1707/90/eec91e7aaa30.jpg

В дальнейшем Борис Кошечкин отличился во время боев за Шепетовку и за Тернополь весной 1944 года. Задачу по освобождения Тернополя ему ставил лично командующий 60-й армией 1-го Украинского фронта генерал-полковник И. Д. Черняховский. Командир танковой роты гвардии лейтенант Кошечкин 7 марта 1944 года в тяжелейших условиях наступившей распутицы вел разведку в тылу противника. Выйдя с ротой на шоссе Збараж-Тернополь, он своими действиями отрезал путь отхода танкам и автомобильной технике противника. Вклинившись в колонну немецких войск, он огнем из пушки и пулемета, а также гусеницами уничтожил много боевой техники и живой силы противника. Танкисты Кошечкина уничтожили 50 автомобилей противника, 2 бронетранспортера с прикрепленными к ним 75-мм орудиями, большое количество пехоты. В огневом поединке гвардейцы подбили 6 танков гитлеровцев (Т-3 и Т-4) и еще один танк сожгли.
После того как стемнело, командир роты отвел боевые машины в укрытие, а сам, переодевшись в штатский костюм, пробрался к Тернополю, где провел разведку подступов к городу, говорится в его наградном листе . Отыскав слабые и сильные места в обороне противника, а также установив наличие огневых точек, Борис Кошечкин лично возглавил ночную атаку на город, ворвавшись в него одним из первых. При этом танком было раздавлено одно орудие ПТО противника вместе с расчетом. В дальнейшем танк под управлением Бориса Кошечкина внес панику в ряды гитлеровцев, давя их технику гусеницами и поражая огнем из пулемета. Кошечкин лично в этом бою за Тернополь уничтожил со своим танком до 100 гитлеровцев, батарею ПТО и поджог два танка противника.
За героизм и отвагу, проявленные в этих боях, умелое командование ротой, находчивость и умелую разведку, а также нанесению противнику серьезного урона в живой силе и технике Борису Кузьмичу Кошечкину Указом Президиума Верховного Совета СССР от 29 мая 1944 года было присвоено звание Героя Советского Союза с вручением ордена Ленина и медали «Золотая Звезда» (№3676). Награду отважный танкист получил в московском Кремле.
Рассказывая о своих успехах, Кошечкин хвалил экипаж своего танка и боевых машин его роты. Также решать поставленные боевые задачи ему помогала хорошая стрельба из пушки, очень часто для поражения цели ему было достаточно всего двух снарядов. Также он говорил о том, что очень хорошо разбирался в картах, мог их читать. При этом Борис Кошечкин отдавал предпочтение немецким картам, отмечая, что в советских было большое количество ошибок. Карту он обычно хранил за пазухой, а планшетку не носил вовсе, так как в танке она мешала.

Уже после награждения «Золотой Звездой» Борис Кошечкин поступил на учебу в Военную академию бронетанковых и механизированных войск. После завершения академии в 1948 году служил начальником штаба танкового батальона, затем был офицером огневой танковой подготовки. Позднее занимался преподавательской деятельностью в Киевском высшем военном училище, служил командиром танкового батальона в Черкассах.
С 1972 года полковник Борис Кузьмич Кошечкин находился в запасе. После завершения военной карьеры жил и работал в Киеве, трудился на различных предприятиях. После выхода на пенсию продолжил вести активную общественную деятельность, часто посещал школы, занимался патриотическим воспитанием молодежи. Печатался в периодических изданиях, являлся автором нескольких книг. На пенсии смог вернуться к увлечению своей молодости — живописи, рисует картины маслом. По состоянию на 2013 год был членом президиума Международного союза городов-героев СНГ, председателем Киевского союза за дружбу городов-героев. Указом президента Украины от 5 мая 2008 года ему было присвоено звание генерал-майор.
В настоящее время Борису Кузьмичу Кошечкину уже 95 лет, он является почетным гражданином Севастополя, Хабаровска, Тернополя и Шепетовки.

0

114

Да, ребята, в чём-то вы правы - с такими бл..ми (спойлер) СССР не построишь.

осторожно - ненависть!

http://s00.yaplakal.com/pics/pics_original/6/6/3/9961366.jpg

0

115

Воспоминания немцев о битве за Москву.

http://i075.radikal.ru/1707/cc/e6e3eca5418b.jpg

5 декабря 1941 года началось контрнаступление советских войск под Москвой. Мечты Гитлера об успешном блицкриге рассыпались в прах. Советские войска наступали, начались суровые морозы, немцы всё чаще поминали Наполеона...
Г.Блюментрит
Воспоминание о Великой армии Наполеона преследовало нас, как привидение. Книга мемуаров наполеоновского генерала Коленкура, всегда лежавшая на столе фельдмаршала фон Клюге, стала его библией. Все больше становилось совпадений с событиями 1812 г. Но эти неуловимые предзнаменования бледнели по сравнению с периодом грязи или, как его называют в России, распутицы, которая теперь преследовала нас, как чума. Теперь политическим руководителям Германии важно было понять, что дни блицкрига канули в прошлое. Нам противостояла армия, по своим боевым качествам намного превосходившая все другие армии, с которыми нам когда-либо приходилось встречаться на поле боя.
Ганс-Ульрих Рудель
Стоит декабрь и термометр опустился ниже 40-50 градусов ниже нуля. Облака плывут низко, зенитки свирепствуют. Мы достигли предела нашей способности воевать. Нет самого необходимого. Машины стоят, транспорт не работает, нет горючего и боеприпасов. Единственный вид транспорта - сани. Трагические сцены отступления случаются все чаще. У нас осталось совсем мало самолетов. При низких температурах двигатели живут недолго. Если раньше, владея инициативой, мы вылетали на поддержку наших наземных войск, то теперь мы сражаемся, чтобы сдержать наступающие советские войска.
Франц-Фридрих Федор фон Бок
Русские ухитрились восстановить боеспособность почти полностью разбитых нами дивизий в удивительно сжатые сроки, подтянули новые дивизии из Сибири, Ирана и с Кавказа и заменили утраченную на ранней стадии войны артиллерию многочисленными пусковыми установками реактивных снарядов. Сегодня группе армий противостоит на 24 дивизии — преимущественно полного состава — больше, нежели это было 15 ноября. Потери среди офицерского и унтер-офицерского состава просто шокируют. В процентном отношении они много выше, нежели потери среди рядового состава
Штейдле Л.
Пятого декабря начались сильные удары с воздуха по тыловым коммуникациям и исходным районам, где до сих пор можно было чувствовать себя в безопасности. Красная Армия начала на широком фронте генеральное наступление, в результате которого немецкие войска были отброшены местами до 400 километров. Несколько десятков самых боеспособных немецких дивизий было разбито. По обе стороны шоссе лежали убитые и замерзшие. Это был пролог к Сталинграду; блицкриг окончательно провалился.
Бауэр Гюнтер
Волчий вой нагонял на нас тоску и дурные предчувствия. Но даже он был лучше, чем завывание «органа Сталина». Так мы прозвали секретное оружие русских, которое они сами называли «катюшами». Снаряды, выпускаемые этим оружием, скорее напоминали ракеты. Невероятный грохот взрывов, языки пламени — все это ужасно пугало наших бойцов. Когда нас обстреливали «катюши», у нас горела техника, гибли люди. Однако, к счастью, у русских было мало подобных установок и снарядов к ним. Поэтому урон, наносимый этим оружием, был не слишком ощутим. Его применение давало скорее психологический эффект. Говоря о психологическом воздействии на нас, нельзя не сказать и о советской пропаганде. Время от времени до нас доносились усиливаемые репродукторами звуки популярных немецких песен, которые пробуждали в нас тоску по домашнему уюту. Вслед за этим звучали пропагандистские призывы на немецком. Они играли на том, что мы измотаны, голодны, а некоторые из нас успели отчаяться. Русские призывали нас: «Сдавайтесь победоносной Красной Армии, тогда вы вернетесь домой сразу после окончания войны», «Сдавайтесь! У нас вас ждут женщины для утех и много еды!» Как правило, эти призывы вызывали у нас только озлобленность. Но были и те немногие, кто малодушничал и темной ночью переходил на сторону русских. Дальнейшей их судьбы я не знаю, но, судя по тому, что творилось в Германии после нашего поражения, думаю, вряд ли кто из перебежчиков получил обещанные блага.
Отто Скорцени
Стратегия войны у Рейха была лучше, наши генералы обладали более сильным воображением. Однако, начиная с рядового солдата и до командира роты, русские были равны нам — мужественные, находчивые, одаренные маскировщики. Они ожесточенно сопротивлялись и всегда были готовы пожертвовать своей жизнью… Русские офицеры, от командира дивизии и ниже, были моложе и решительнее наших. С 9 октября по 5 декабря дивизия «Райх», 10-я танковая дивизия и другие части 16-го танкового корпуса потеряли 40 процентов штатного состава. Через шесть дней, когда наши позиции были атакованы вновь прибывшими сибирскими дивизиями, наши потери превысили 75 процентов.

Источник: Воспоминания немцев о битве за Москву

0

116

Почему снайпера Розу Шанину называли «невидимым ужасом Восточной Пруссии»

http://s015.radikal.ru/i332/1707/7c/6fa538b5ffad.jpg

20-летняя Роза Шанина за первый месяц своей службы уничтожила 17 фашистов. О ней восторженно писала западная и советская пресса, называя её не иначе как «грозой фашистов». К моменту гибели счёт убитых ею немцев приближался к шестидесяти. Настырная северянка Роза Шанина родилась 3 апреля 1924 года в деревне Едьма Велтского уезда Вологодской губернии (сегодня село входит в Архангельскую область). Свое имя она получила в честь Розы Люксембург. Была единственной девочкой в семье, хорошо училась и после окончания 7 классов средней школы решила поступать в архангельское педагогическое училище. Хотя родители были против такого решения, Роза все-таки поехала в Архангельск, для чего прошла по тайге 200 километров до ближайшей станции. Упорства ей было не занимать. В среднюю школу она ежедневно ходила 13 километров в соседнюю деревню Березняки. Роза поступила в училище. Когда перед войной обучение стало платным, Роза устроилась работать воспитателем в вечернюю группу детского сада. Во время бомбардировок Архангельска, Роза в отрядах добровольцев тушила пожары и несла вахту. Мастер дуплета Роза Шанина пошла в военкомат ещё в начале войны, но 17-летнюю девушку не приняли.
Только в феврале 1942 года женщины от 16 до 45 лет смогли пойти на фронт. Роза прошла Всеобуч и в июне 1943 года была призвана Первомайским райвоенкоматом Архангельска. Оттуда она была направлена в Центральную женскую школу снайперской подготовки. Закончив её с отличием, она отказалась от должности инструктора и добилась отправки на фронт. Через 2 дня после своего 20-летия, 5 апреля 1944 года Роза вступила в бой. Первый же выстрел отличницы снайперской школы оказался результативным. Через месяц на счету Розы было уже 17 убитых фашистов. Её «коронкой» был двойной выстрел на одном дыхании, или, как его называли, дуплет. Командиры отзывались о Розе как о первом снайпере дивизии. Награды 18 апреля 1944 года Роза была награждена орденом Славы III степени, став первой девушкой на 3-м Белорусском фронте, удостоенной этой награды. В наградном листе отчество Розы Шаниной было указано как Георгиевна, тогда как по паспорту девушка была Егоровной. В наградном листе не было ошибки - в 1940-е годы имена Егор и Георгий были взаимозаменяемыми. 22 сентября 1944 года Розе Шаниной был также присвоен Орден Славы 2-ой степени. Опять же, снайперша стала первой девушкой, получившей такую награду сразу 2 и 3 степеней. Также, буквально за месяц до своей смерти Шанину наградили медалью «За отвагу». Сама Роза была уверена, что слава ей достается незаслуженно. В своем дневнике, который она вела вопреки запрету, было записано: «Я сижу и размышляю о своей славе. Меня зовут лучшим снайпером в газете «Уничтожим врага», а «Огонёк» поместил мой портрет на первую страницу. Это странно даже представить, как те, кого я знаю, смотрят на эту иллюстрацию. Я знаю, что так мало делала до сих пор». Рвалась в бой Тяжелее всего Роза переживала часы бездействия. Она постоянно рвалась на передовую или в разведку, но командир 144-й дивизии отказывал ей, разумно полагая, что потеря хорошего снайпера очень дорого обойдётся. Роза даже дважды писала письмо Сталину, а потом попросила разрешения обратиться к командующему. Уже на следующий день она была в штабе армии и добилась приема у генерала Николая Крылова. И генерал не смог отказать. Роза Шанина ходила в разведку, часто совершала «самоволки» на передовую. Однажды ей даже удалось взять в плен трех немцев. В своем дневнике она писала: «Оружие у них отобрала. Подвела к деревне: в руке винтовка, за поясом гранаты и финка — ну как настоящий вояка». 28 декабря 1944 года Роза была ранена на передовой. Сама она оценила свое ранение как «две маленькие дырочки», но госпитализация все же была необходима. Интересно, что в своем дневнике Роза писала, что видела вещий сон, в котором была ранена в то же место, что и в жизни. Одна Снова на передовой Роза оказалась уже 8 января. 25 числа она была тяжело ранена в грудь. Через три дня, в госпитале, от полученных ранений девушка скончалась. Она предчувствовала свою смерть . В своем последнем письме фронтовому корреспонденту Петру Молчанову она писала: «Быть может, меня скоро убьют. В батальоне, где я сейчас, из 78 человек осталось только 6. А я тоже не святая». Несмотря на грозный образ, сложившийся у Розы на фронте (союзные газеты называли её «Невидимый ужас Восточной Пруссии»), ничто человеческое ей было не чуждо. Её дневники сохранили трогательные переживания. 10 октября 1944 года она писала: «На сердце тяжело, мне 20 лет, а нет близкого друга, почему? И ребят полно, но сердце никому не верит», 18 ноября: «Одинокой быть тяжело. Хочется иметь рядом близкого человека, хорошего друга». Согласно последнему наградному листу от декабря 1944 года, на снайперском счету Розы Шаниной числились 59 убитых солдат и офицеров противника.

0

117

Почему в марте 1943 года немцы добровольно оставили Ржев
3 марта 1943 года после долгих безуспешных боев советские войска, наконец, вошли в Ржев. Но перед ними был опустевший город. Многочисленная немецкая группировка армий «Центр» неожиданно оставила свои позиции.

«Ржевская мясорубка»

В исторической памяти бои под Ржевом остались самыми тяжелыми и страшными за все время Великой Отечественной войны. Советские солдаты называли их «ржевской прорвой» или «ржевской мясорубкой». С ужасом вспоминали о боях в «большом пространстве Ржева» и немецкие ветераны.

Вторая мировая война не знает более масштабного сражения, чем Ржевская битва: ни по количеству задействованных войск — более 10 млн. с обеих сторон, ни по охватываемой территории — восемь областей, ни по длительности боев — 15 месяцев (с января 1942 по март 1943), ни по числу операций — девять с каждой стороны.

Общие потери советских войск, по всей дуге опоясывающей Ржев, по оценке историка Алексея Исаева, составили 1 160 787 человек. Сколько потеряли немцы, достоверно неизвестно, однако только за первые три месяца боев они недосчитались более 330 тыс. солдат и офицеров.

Буквально каждый пятачок земли под Ржевом был окроплен кровью и усеян трупами. «Не побывавшему там трудно вообразить, что такое смердящее под летним солнцем месиво, состоящее из покрытых червями тысяч человеческих тел», – вспоминал ветеран Петр Михин.

Что же заставляло германское и советское командование вести бои на истощение сил за Ржевский плацдарм? Немецкий генерал Хорст Гроссман называл Ржев «краеугольным камнем Восточного фронта», а в дневнике бывшего начальника Генштаба сухопутных войск Германии Франца Гальдера практически каждый описанный день пестрит упоминаниями Ржева.

«Открыть Ржев – это открыть дорогу на Берлин», – всё время повторяло немецкое радио. А для советского командования Ржевский плацдарм это в первую очередь прекрасная возможность отбросить немцев дальше от Москвы и перехватить стратегическую инициативу.

Опасный выступ

В результате Ржевско-Вяземско й операции в конце апреля 1942 года образовался выступ 200 км. в ширину и 160 км. в глубину, занятый немецкими войсками – примерно 2/3 всей численности группы армий «Центр».

Долгое время немцам удавалось удерживать выступ за счет более выгодной позиции. Заранее оборудованный рубеж обороны позволял немецким войскам обозревать подступы на многие километры, в то время как советские войска вынуждены были вести свои атаки через болотистые низины под непрерывным артобстрелом.

Нередко случалось, что оборонительные укрепления по нескольку раз в день переходили то одной, то другой воюющей стороне. «Часто полтраншеи занимали немцы, а другую половину мы, – вспоминал один из фронтовиков. – Досаждали друг другу всем, чем только могли. Мешали приему пищи: навязывали бой и отнимали у немцев обед. Назло врагу горланили песни. На лету ловили брошенные немцами гранаты и тут же перекидывали их обратно к хозяевам».

К середине января 1943 года воинские части Калининского фронта освободили город Великие Луки, из-за чего возросла угроза окружения немецкой группировки на Ржевском выступе. Учитывая полный разгром дивизий вермахта под Сталинградом и на Кавказе, положение германских войск под Ржевом оказалось очень ненадежным.

В Штабе 9-й армии понимали, что в отсутствие резервов любой тактический промах и даже небольшой численный перевес противника способны привести к катастрофе, которая могла поставить крест на завоевательных планах рейха. Более того, по данным разведки потенциальную угрозу несли до 12 тыс. партизан и солдат Красной Армии, отрезанных от своих частей и оставшихся в немецком тылу.

В этих условиях планировавшаяся ранее операция по отводу немецкой группировки стала более чем актуальной. Задача стояла серьезная: незаметно для советской стороны вывести 24 дивизии – около 320 тыс. солдат и офицеров, свыше 400 орудий и 100 единиц бронетехники.

В свою очередь советское командование намеревалось использовать свой шанс. С целью выхода в тыл группировки противника планировалось «подрезать» Ржевский выступ, провести окружение и уничтожить основные силы группы армий «Центр».

Операция «Буйвол»

Окончательное решение о выводе войск на заранее подготовленные позиции было подписано 28 февраля 1943 года. Ответственным за выполнение операции под кодовым названием «Бюффель» («Буйвол») был назначен командующий 9-й армией генерал-полковни к Вальтер Модель.

Согласно плану операции на плечи личного состава вермахта лег целый ряд сложнейших задач. Среди них: создание новой линии обороны; построение 200-километровой дороги для автомобилей и 600-километровой  — для саней и гужевого транспорта; эвакуация хозяйства (скот, запасы урожая, инструменты) и более 60 тыс. гражданских лиц.

Наиболее серьезной проблемой оказалась эвакуация гражданского населения. Генерал Фридрих фон Меллентин писал, что «старые и малые, здоровые и больные, крестьяне и горожане, все настаивали на эвакуации, так силён был ужас перед солдатами и комиссарами их собственной страны».

Советская, российская и даже американская историография отрицают возможность добровольной эвакуации мирных жителей. По словам американского историка Стивена Ньютона, приказ эвакуировать местных жителей отдал лично Модель. «Советских граждан отправляли на принудительные работы по строительству оборонительных рубежей. Кроме того, хотели избежать диверсий и саботажа в ходе подготовительног о периода операции и самой операции», – заключил историк.

В результате успешно проведенной операции немецкому командованию удалось высвободить резервы, которые могли быть переброшены на другие участки военных действий. Вошедшие в Ржев советские части обнаружили в городе только арьергард 9-й арии, создававший видимость присутствия германских войск.

Преследование войсками РККА отступающей немецкой армии осложнялось хорошо обустроенными оборонительными позициями, минными полями и разрушенными коммуникациями. Сильно тормозила продвижение советских войск и весенняя распутица, начавшаяся в середине марта.

Части Красной Армии преодолевали не более 7 км. в сутки. В дальнейшем, лишенные подвоза боеприпасов и продовольствия, натолкнувшись на активное сопротивление немцев, они были вынуждены прекратить преследование. 30 марта операция «Бюффель» была полностью завершена.

Такие разные итоги

«Примите мои самые горячие поздравления по случаю освобождения Ржева, – писал Сталину Уинстон Черчилль. – Из нашего разговора в августе мне известно, какое большое значение Вы придаёте освобождению этого пункта».

О важности Ржевской операции свидетельствует визит Сталина в район Ржева в августе 1943 года. Однако итоги этой победы были неоднозначными. Хотя враг и был отброшен более чем на 100 километров, победа была достигнута ценой огромных потерь и разрушений.

В результате боевых действий Ржев и соседние деревни были практически стерты с лица земли: из 5443 жилых домов Ржева уцелело лишь 297, а из 20 тыс. находившихся в оккупации советских граждан выжило только 150. По оценкам Чрезвычайной Государственной комиссии ущерб региону составил полтора миллиарда рублей.

Ржевская битва считалась одной из самых неудачных операций Красной Армии в Великой Отечественной войне. Ее подробности замалчивались советскими историками, как и тот факт, что  войска группы армий «Центр» сами покинули плацдарм. Несмотря на донесения разведки, советское командование не смогло своевременно отреагировать на отступление немецких войск и упустило возможность добиться решающего перевеса. Виновным был признан генерал-лейтенан т Конев, который с формулировкой «не справившегося с задачами руководства фронтом» был отстранен от должности.

Немецкое отступление, напротив, было признано успешным. В результате операции «Буйвол» вермахт потерял около 15 тыс. солдат, в то время как общие потери Красной Армии преследовавшей немецкие части превысили 138 тыс. человек.

Отступление позволило высвободить дивизии, которые вместе с переброшенными на Восточный фронт частями из Франции почти полностью компенсировали потерю 6-й армии под Сталинградом. В последний раз у Гитлера появилась реальная возможность перехватить инициативу и начать генеральное наступление.

0

118

http://i075.radikal.ru/1707/71/150c2031bbaa.jpg

Расстрелявший немецкую танковую колонну советский танк КВ-1C и его погибший танкист. Воронежский фронт. Январь-февраль 1943 г.

http://s16.radikal.ru/i190/1707/cc/5cc98dad2db7.jpg

Парад на Красной площади. Бойцы уходили прямо на фронт, который был всего в нескольких километрах, 07 ноября 1941 года.

http://s008.radikal.ru/i304/1707/ad/9291d6596d69.jpg

Восточный фронт, 1941 г.

http://s015.radikal.ru/i332/1707/0f/b73f75b2072c.jpg

Поиск родственников среди погибших, Крым, 1942 г.

0

119

Кто на самом деле спас Москву в 1941 году

5 декабря 1941 года началось контрнаступление советских войск под Москвой, отбросившее немцев от столицы. До сих пор не утихают споры, кого считать творцом первого значительного успеха Красной Армии.

Маршал Жуков

После тяжелого поражения советских войск под Вязьмой в начале октября 1941 года командование Западным фронтом было поручено Георгию Жукову. С именем Жукова многие связывают не только стабилизацию положения на московском направлении, но и называют его главной действующей фигурой контрнаступления, которое отбросило войска группы армий «Центр» более чем на 200 километров от столицы.

Командиры, воевавшие под началом Жукова, отмечали его самоуправство и грубость по отношению к подчиненным. По словам Рокоссовского, «его жестокость переходила допустимые границы». В условиях острого дефицита командных кадров Жуков призывал командиров быть в первых рядах наступающих. По приказам Жукова, далеко не всегда обоснованных, было расстреляно много офицеров, не говоря уже о солдатах.

Командующий 43-й армией Западного фронта генерал Константин Голубев был вынужден обратиться к Сталину с жалобой на Жукова: «На второй день по приезде меня обещали расстрелять, на третий день отдать под суд, на четвертый день грозили расстрелять перед строем армии. В такой обстановке работать было невозможно». В этой связи может быть уместно мнение, что под Москвой победили не столько благодаря, сколько вопреки Жукову.

Военный историк Лев Лопуховский, автор книги «Вяземская катастрофа 41-го года» по этому поводу пишет: «Сторонники и проповедники культа Жукова преувеличивают его заслуги в подготовке и проведении операций и замалчивают грубейшие ошибки, оплаченные большой кровь. Жуков, несомненно, внес большой вклад в организацию отпора врагу под Москвой, но называть его спасителем Москвы было бы большим преувеличением и принижением роли других достойных военачальников».

Генерал Власов

Имя Андрея Власова было надолго вычеркнуто из отечественной истории. Его предательство стало грехом, который невозможно было искупить. Тем не менее, уже в постсоветский период начали появляться работы, из которых можно было узнать о Власове, в том числе, как и о военачальнике.

Согласно мнению многих историков Власов проявил себя как талантливый командующий еще при обороне Киева. Он оказался одним из немногих генералов, кому удалось вывести свой корпус и примкнувшие к нему разрозненные группы солдат из окружения.

В Московской операции возглавивший 20-ю армию Власов с ограниченным количеством бронетехники нанес удар по немецкой группировке в районе Солнечногорска и Волоколамска, выбив оттуда противника. В войсках после успехов под Москвой Власова вслед за Сталиным называли едва ли не спасителем столицы.

Впрочем, многие современные исследователи скептически относятся к тому, что Власов смог успешно противостоять 3-й таковой группе армий «Центр», одной из главных ударных сил вермахта в первые победоносные месяцы войны.

Главнокомандующий Волховским фронтом Кирилл Мерецков, пересказывая слова генерала Алексея Афанасьева говорил: «Характерно, что в обсуждении намечаемых действий группы командарм Власов никакого участия не принимал. Он совершенно безразлично относился ко всем изменениям в движении группы».

Начальник штаба 20-й армии Леонид Сандалов раскрывает еще одну важную подробность. Когда он задал главе Генштаба Борису Шапошникову вопрос, кто назначен командующим 20-й армией? Тот ответил: «Недавно вышедший из окружения один из командармов Юго-Западного фронта, генерал Власов. Но учтите, что он сейчас болен. В ближайшее время вам придется обходиться без него».

«Сибирские дивизии»

На исторических форумах часто бытует мнение, что Битва за Москву была выиграна «сибирскими дивизиями». Историк Кирилл Александров в принципе с этим соглашается. При этом он проясняет, что подразумевается под «сибирскими дивизиями»: «Это подразделения, переброшенные с азиатской части Советского Союза, из внутренних округов, главным образом из-за Урала, с Дальнего Востока. Их стали активно перекидывать под Москву после того, как стало ясно, что Япония не выступит против СССР».

Такая дислокация войск стала возможной благодаря инициативе генерала Иосифа Апанасенко, который перебросил под Москву 18 хорошо укомплектованных и обученных дивизий. Одновременно Апанасенко удалось сформировать у противника иллюзию присутствия многочисленных боеспособных частей на Дальнем Востоке и отбить у японцев желание напасть на Советский Союз. «Действовать подобным образом мог только Апанасенко», - говорит доктор исторических наук Николай Судавцов - Он был прагматик. Если он брался за дело – всегда смотрел в корень».

Историк Алексей Исаева считает, что название «сибирские дивизии» — это изобретение немцев, для которых любой человек в теплой одежде — уже сибиряк. По его мнению, сибиряки наряду с дивизиями из Казахстана и Дальнего Востока были среди тех, кто внес свой вклад в оборону Москвы. Но все же более заметную роль в разгроме немцев под Москвой, говорит Исаев, сыграли подразделения, сформированные из жителей Московской области, Урала и Удмуртии.

С Божьей помощью

И сегодня живет история о том, как в дни немецкого наступления на Москву Сталин будто бы отдал приказ поднять над оборонительными позициями самолет с иконой Богородицы. Именно образ Божьей Матери, согласно легенде, позволил переломить ход событий в нашу пользу. Эта история существует во множестве вариантов. Некоторые говорят, что в воздушном крестном ходе учувствовал список с иконы Тихвинской Божией Матери, другие настаивают, что это была Казанская икона, третьи утверждают, что Владимирская.

К сожалению, ни свидетельств летчиков, ни воспоминаний священников не сохранилось. Остается лишь гадать, что документы, которые могли относиться к предполагаемым событиям все еще засекречены. Впрочем, есть одно воспоминание некоего Валентина Георгиевича Владимирова, в то время охранявшего столичное правительство и жителей города от банд дезертиров, и уголовников.

Он рассказывал, как видел на углу Боровицких ворот проезжавшую машину с тремя священниками и крестами. «А через несколько дней самолет «Дуглас» поднялся в воздух с иконой Казанской Божьей Матери и трижды облетел Москву», – говорит Валентин Георгиевич. Затем состоялся крестный ход вдоль оборонительных сооружений, – продолжает ветеран. – То ли по случайному изменению в погоде, то ли действительно по велению высших сил, но тут же началось резкое похолодание и повалил густой снег».

Замороженные

Нередко немецкие исследователи заявляют, что непривычно суровые морозы стали одним из препятствий, остановивших продвижение германской армии на Москву. Генерал Хайнц Гудериан в своих мемуарах отмечал, что в винтовках, автоматах и пулеметах замерзала смазка, в откатных приспособлениях пушек загустевала гидрожидкость, не функционировала на морозе тормозная система автомобилей. Отсутствовало у немцев и достаточно теплое обмундирование. Однако советские историки на это отвечают, что зима была суровой для обеих воюющих сторон.

Планы меняются

В большей степени заслуживает внимания версия о том, что германское командование решило не испытывать судьбу под Москвой, а направить основные силы на стратегически важный юг. Еще 21 августа 1941 года Гитлер издал новую директиву, в которой говорилось: «Важнейшей задачей до наступления зимы является не захват Москвы, а захват Крыма, промышленных и угольных районов на реке Донец и блокирование путей подвоза русскими нефти с Кавказа».

Уже после войны писатель Константин Симонов спросил у Жукова, могли ли немцы взять Москву в 41-м году? На что маршал ответил утвердительно. «Для того чтобы выиграть сражение, им нужно было еще иметь на направлении главного удара во втором эшелоне дивизий 10-12, – делился мнением Жуков. – Вот тогда они могли бы прорваться к Москве. Но у них этого не было. Они уже истратили все, что у них было, потому что не рассчитали силу нашего сопротивления».

Американский писатель Альберт Акселл в своей книге «Маршал Жуков: человек, победивший Гитлера» упоминает, что Сталин якобы лично говорил Авереллу Гарриману (американский дипломат), что немцы совершили «громадную ошибку», не двинувшись прямо на Москву. По словам Гарримана, «Сталин сказал, что, если бы они сосредоточили все силы для наступления на Москву, они могли бы её взять».

Поддержка Запада

Публицист и историк Кирилл Александров одним из главных факторов победы под Москвой называет помощь союзников по ленд-лизу. По его словам, после крайне неудачного развития событий второй половины 1941 году потеря авиатехники была катастрофичной, огромная нехватка наблюдалась и в отношении авиационного топлива. А ленд-лиз помог нам это восполнить. «И трудно сказать, удалось ли бы вообще Московское контрнаступление, не будь помощи со стороны Великобритании и США, – подытожил историк.

Главная сила в народе

И все же вряд ли можно было бы рассчитывать на положительный исход битвы за Москву без самоотверженности советского народа. Историк Лев Лопуховский пишет, что угрозы и самые строжайшие приказы не могли привести к успеху, если бы защитники Москвы не ощущали материальную и моральную поддержку населения столицы и всей страны. Источником мужества и стойкости бойцов и командиров в боях под Москвой были отнюдь не страх перед заградительными отрядами и расстрелами, а чувство патриотизма, любовь к Отечеству, высокий моральный дух советских воинов, защищавших свою столицу.

0

120

доклад наркома ВМФ СССР Кузнецова о произошедшем на М-32:

Сов. секретно.
экз.37 № 1099 сс
июля 1942 г.
тов. Маленкову Г.М.
Направляю Вам копию донесения о подводной лодке Черноморского флота М-32, командир - капитан-лейтенант Колтыпин, которая доставляла боезапас и горючее войскам в Севастополь во время осады.
НАРКОМ ВМФ СССР адмирал Кузнецов
Сов.секретно

КОПИЯ ДОНЕСЕНИЯ О ПОДВОДНОЙ ЛОДКЕ М-32 ЧЕРНОМОРСКОГО ФЛОТА.
21.06. утром прибыли в Новороссийск. Погрузили мины и винтовочные патроны 8 тонн и приняли 6 тонн бензина. В 15 часов вышли в рейс на Севастополь. 22.06. пришли в Стрелецкую бухту. Придя в Стрелецкую, выгрузили боезапас и откачали бензин своей помпой через свою пожарную магистраль. (Потом бензин обнаруживали в самых неожиданных местах по всей лодке).

23.06. утром при погружении для дифферентовки и заполнения №4 балластной цистерны, пары бензина из этой цистерны выходили внутрь лодки, так как наружной вентиляции эта цистерна не имеет. В момент окончания дифферентовки произошёл взрыв в центральном посту (лодка была под водой, отсеки задраены), силой взрыва открыло переборку из центрального поста во второй отсек и отбросило туда трюмного Хиневича. Командир приказал: «Продувать среднюю!». Эту команду исполнил командир БЧ-5 капитан-лейтенант Дъяконов, который был уже сильно обгоревший и одежда на нём вся горела. В других отсеках взрыва не было, так как они были задраены. От взрыва пострадало 5 человек. У всех пострадавших обгорели лицо и руки, так как они все были одеты. Из повреждений: разбита радиорубка, станция вышла из строя. Оперативный дежурный штаба по донесению командира предложил пострадавших направить на берег в госпиталь, а лодке выбрать подходящее место и лечь на день на грунт до вечера, а с темнотой всплыть и итти в Новороссийск. Дело было рано утром. Значит нужно было целый день, с 5 часов утра до 21 часа вечера лежать на грунте под водой, при наличии в трюмах лодки растекавшегося бензина и его испарения в отсеках. Но другого выхода не было и командир, найдя 35 метровую глубину у выхода из Стрелецкой бухты, лёг на грунт.

Пострадавшие от взрыва просили командира не оставлять их в Севастополе и командир решил взять их с собой. Кроме того ещё до отхода на дифферентовку были приняты на лодку 8 человек из гражданских и военных лиц. После посадки на грунт (механик лежал обгоревший, командир лёг на грунт с помощью старшины группы мотористов Пустовойтенк), командир приказал: «Всем лежать и отдыхать, лишних движений не делать». До 10 часов командир не спал, проверял отсеки, беседовал с людьми. Потом краснофлотцы уговорили его лечь отдохнуть. Воздух в лодке сильно насытился парами бензина, люди стали одурманиваться, терять сознание.

В 12 часов командира разбудил краснофлотец Сидоров, секретарь парторганизации лодки и сказал: «В лодке тяжело, надо что-то делать». Командир встал и на себе уже чувствовал тяжёлое действие отравленной бензином атмосферы. Проверяя состояние людей по отсекам, командир видел, что при нормальном состоянии остались только единицы. Большинство уже были, как пьяные. Акустик Кантемиров лежал на настиле и плакал, приговаривая непонятные слова. Моторист Бабич кричал и плясал. Электрик Кижаев медленно ходил по отсекам и кричал: «Что это всё значит!». Большинство лежали в глубоком обморочном сне и ничего не понимали. На вопросы не отвечали, или бормотали непонятное. Женщины уговаривали всплыть и когда им объясняли, что этого нельзя сделать, им стало казаться, что экипаж лодки почему-то решил коллективно умереть и просили, чтобы их застрелили. Уже в 12 часов дня способность соображать и действовать сохранили только три человека: командир лодки (начал уже слабеть), секретарь парторганизации Сидоров и сильнее всех старшина группы Пустовойтенко.

До 17 часов командир ходил, спал, временами терял сознание. Когда почувствовал, что уже не выдерживает, приказал Пустовойтенко во что бы то ни стало не спать, продержаться до 21 часа и тогда разбудить командира, считать это боевой задачей и всё время думать о том, что если он заснёт, то все погибли. Временами командир просыпался и требовал от Пустовойтенко не спать. Пустовойтенко продержался до 21 часа и стал будить командира, но командир встать уже не мог. В лодке в это время творилось уже совсем невообразимое. Кто пел, кто кричал, кто плясал. Большинство лежали без сознания. Взятый с берега, взамен обгоревшего Дъяконова, механик Медведев несколько раз ходил в первый и шестой отсеки и порывался открывать люки, за ним методически и спокойно ходил Сидоров и за ноги оттаскивал его от люков (оба в ненормальном состоянии).
Медведеву всё же удалось незамеченным отдраить люк 6 отсека, но 35 метровое давление не дало люку открыться (люк остался отдраенным и в дальнейшем дал себя знать). Пустовойтенко пытался разбудить уснувшего механика, перенёс его на руках в центральный пост, чтобы с ним продуть лодку и всплыть. Хотя временами у Медведева проблески сознания были, но использовать его для всплытия Пустовойтенко не смог.

Тогда он решил перетащить командира в центральный пост, самому продуть балласт и когда лодка всплывёт, вытащить командира наверх, надеясь, что на свежем воздухе он очнётся. Продув среднюю (лодка всплыла под рубку) Пустовойтенко открыл люк, но от удара свежего воздуха тоже потерял сознание и чувствуя, что теряет сознание, успел снова задраить люк и упал вниз. Лодка полувсплывшая осталась ещё задраенной в течение двух часов. Из незаметно прежде отдраеного люка 6 отсека в лодку просачивалась вода, заполнила трюм 6 отсека и залила главный электромотор. Течением лодку отнесло на каменистый берег у Херсонского маяка. Когда Пустовойтенко пришёл в себя, он открыл рубочный люк и вытащил наверх командира. Командир очнулся, но долго не мог ничего понимать и начать управлять лодкой. Пока командир на мостике приходил в себя Пустовойтенко проделал следующее: 1.Пустил судовую вентиляцию. 2.Задраил люк 6 отсека и откачал трюм 6 отсека. 3.Продул весь главный балласт (лодка всплыла совсем).

Чтобы дать лодке ход, вытащил наверх электрика Кижаева, привёл его в чувство и снова отнёс вниз и поставил на вахту к электростанции. Лодка стояла носом к берегу, командир дал ход назад, а Кижаев внизу вместо «назад» дал «вперёд», командир спустился вниз, спросил Кижаева, почему он не даёт хода назад, Кижаев ответил: «Наша лодка должна идти только вперёд, назад нельзя, там фашисты». Командир приказал Пустовойтенко стоять у станции и обеспечить правильное исполнение команд Кижаевым, сознание которого не совсем ещё прояснилось. Время было 01 час ночи, лодка была на камнях, сильный ветер с дождём и молнией, волна до 5 баллов. От ударов о камни поломало руль, который перекладывался только влево, а вправо нет, батарея разрядилась, с камней сняться не могли. Потом командир сам говорил, что в этот момент не знал что делать (естественно, так как не был ещё в полном и ясном сознании). В этот тяжёлый для лодки момент рулевой Гузий сказал: «А что товарищ командир, если мы рванём дизелем?». Командир сразу же принял этот простой и правильный совет и приказал приготовить дизель к пуску.

Пустовойтенко и моторист Щелкунов (вынесенный и отрезвлённый Пустовойтенко) приготовили дизель и дали с места 600 оборотов, лодка пошла по камням и вышла на чистую воду. С поломанным рулём кое-как удалось держать лодку на курсе, обогнули Херсонский маяк, вышли из минного поля и пошли на Новороссийск. Зная, что предстоит по пути погружения нужно было включить батарею на зарядку от дизеля, но некому было делать эту серьёзную операцию, так как главный старшина электрик Фёдоров хотя и был давно вынесен наверх, но никак не приходил в сознание. Но дело нужно было сделать, командир приказал командиру отделения включить батарею на зарядку. Старшина 2 статьи Ермаков вместе с Пустовойтенко эту задачу выполнили и батарея начала заряжаться. В лодке стало уже легко (от работы дизеля в лодке сильная вентиляция), люди стали постепенно приходить в нормальное состояние. Уже на выходе из минного поля вышел наверх штурман Иванов и стал помогать командиру в определении курса и несения вахты. По пути несколько раз погружались от самолётов.

25.06 утром прибыли в Новороссийск, сдали раненых и своих больных, пассажиров и женщин. Они долго не могли поверить, что они действительно в Новороссийске и в безопасности, без конца благодарили командира и краснофлотцев.

http://s018.radikal.ru/i507/1707/7e/b24b6531bb3e.jpg

http://i057.radikal.ru/1707/ed/aa62064501e5.jpg

командир М-32 Колтыпин и старшина Пустовойтенко

0


Вы здесь » ПолитФорум ватников России и зарубежья » Политика » Военный Альбом